А я и не прибедняюсь, Ольга! Иронизировать — да, тут меня медом не корми. Но слагать иронию в пирожки, да еще, чтобы они были веселыми — выше моих сил. Мне по душе черный юмор, но он по определению — трагедийный.
Согласен. Сдаюсь. И в самом деле, веселить я по определению не умею. А посему я не певец пирожков. Мне по вкусу трагедии. Когда дойдет у вас очередь до трагедий (если, конечно, дойдет) поучаствую с огоньком, а может быть даже и с вдохновением. А сейчас мой дерзновенный пыл (взялся не за свое дело) — погашен…
Понятное дело, что это шутка, хотя и не оформленная пирожком. Но как говорится, каждая шутка, как солдат мечтающий стать генералом, видит себя в сладких грезах своих чуточку пирожком…
Ну, это редактируется легко. Стиши сии не сиамские близнецы, разделить их можно безболезненно. Первый оставляем без изменений; в нем отчетливо проявляется собственный (автономный) сюжет. Как-то:
мгновенья помню миг я чудный летела изморозь в глаза но поскользнулся я услышав как ты сказала мне люблю
Второй подвергаем косметической правке, чтобы уточнить, что он написан по мотивам дворовой песни «У тебя на ресницах серебрятся снежинки». И тот в конечной редакции обретает такой вид:
люблю грозу в начале мая сказала ты но я не гром зря музыка с небес летела зря таял на ресницах снег
Мощное стихотворение. Выросшее из Боли. Стала понятна Ваша мировоззренческая позиция. Безусловно, она имеет право быть. Но есть и другие позиции. Тем и богата поэзия. Оставайтесь таковой, какая Вы есть. Творческих удач и напористого вдохновенья. С уважением, Георгий.
Слушайте. а уж не является ли автором этого стиха — ИИ? По крайней мере — очень похоже на «поэзию» ИИ… Все внешне правильно, а общей картины души нет… Впрочем, его можно назвать и подражанием ИИ…
При всем поэтическом техническом мастерстве картинки осени у меня от зарисовки не сложились. Пазл рассыпался на множество несоединимых осколков.
Как может лист лететь сквозь чистый неба свод? Притом коротким путем? Это под каким углом зрения нужно было смотреть на его падение? Каким образом лист мог обратиться в звездный кораблик, если он корабликом скользит по воде, пруда или лужи. Сколько мне доводилось наблюдать за опавшими листьями, бывая на фотоохоте, листья не спешат падать, а кружатся медленно, как конфетти. Если их ветер гонит к земле, то тогда откуда взялся чистый неба свод? Как можно спешить от дома и одновременно трепетать в волнах воздушных? Не понять, что означает «кров небес отверст?» Кров – это крыша, жилище, это что получается, что у неба сорвана крыша? Но тогда в зарисовке должен быть шторм, буря…. Ну и т. д. ,
Правильно. То есть Ваш ответ на Ваш же вопрос: Кто из нас станет классиком"? таков: классиком когда-нибудь может стать (эта оговорка обязательна) — ТОТ, кто пишет хорошо уже сегодня. Но тогда дополнительный вопрос: а кто будет оценивать: насколько хорошо он уже пишет? Я полагаю, что сам — автор. Он может прислушиваться к чужим суждениям. Более того, они подчас бывают ему полезны. Но оценивать себя он обязан сам, не полагаясь ни на ИИ, ни на мнение друзей и коллег по перу. Отсюда и сомнение, и муки творчества, и не истребимое желание писать еще лучше, чем писалось вчера. То есть уже сегодня пытаться взять планку, которую поставили до него классики. И это при том, даже если он уже взял такую планку, он должен не почивать на собственных лаврах, а — стремиться прыгнуть еще выше, и так до своего последнего вдоха.
Все правильно. Но тогда Вам осталось только сказать: как называть того автора, который уже написал произведение (цитирую Вас) «имеющее исключительную художественную силу и новизну, которая меняет литературу», но еще не приобрел общественное признание. Ну, скажем, того же Кафку, а в живописи — Ван Гога при их жизни?
Иначе на вопрос Ольги: «Кто из нас станет классиком? — звучит удручающий ответ — НИКТО!!!
РЕЗЮМЕ. По своей занудной привычке гороскопической девы, разложу все вышеизложенное по полочкам.
«Давайте пойдем логическим путем»: 1. Классиком автор становится после общественного признания. Это аксиома. 2. Общество автора делает классиком не за «красивые глазки», а исключительно за сотворенное им произведение, которое обществом нарекается в подавляющем большинстве своем гениальным, а самого автора, как творца этого произведения — гением. 3. Но вот вопрос, когда автор становится гением: когда он пишет (вынашивает) свое гениальное произведение, или, когда его таковым наречет общество? Если – второе, то тогда кем является автор, только что сотворивший гениальное произведение (которое в дальнейшем будет признано таковым и обществом)? 4. Тут мы имеем дело с явным разрывом во времени: с момента написания гениального произведения, и признанием обществом его таковым. И тогда возникает сакраментальный вопрос: в какой момент своего творчества автор становится гением? Если кому-то режет слух слово «ГЕНИЙ», найдите другое определение автору, написавшему общественно значимое произведение. Я против не буду. 5. Я же считаю, что творческий процесс проходит несколько стадий: замысел (зачатие), вынашивание, рождение и общественное признание. И уже на первой стадии (зачатии) замысел гениального произведения является гениальным. Случайно (наугад) гениальное произведение сотворить вряд ли возможно. Тут уместна восточная поговорка: «Из яйца змеи голубь не вылупится». 6. Осознает ли автор в момент осенения его замыслом (в момент зачатия), что его замысел — гениальный, а себя самого гением, или по крайней мере претендующим написать гениальное произведение? Полагаю, что — да. Потому как четко осознает, что его замысел — это задача, которая по плечу только гениям. Замыслы (великие и малые) они как грибы вырастают сами из грибницы данного Богом Дара. Более того, это сам Дар, спускаясь с небес, воплощается в замысел, запускающий в авторе творческий процесс. И по моему глубокому убеждению, не автор, а его Дар является творцом вынашиваемого и сотворенного произведения. Более того, убежден, что рукой автора водит Сам Господь. А отказывать Господу в гениальности – нонсенс. 7. Так вот — мой вывод: гением автор становится уже в момент вдохновения. Когда бразды правления за творческим процессом переходят от автора Дару. А автор только и может создавать творчеству максимально благоприятные условия. 8. Гениальность (гениальный замысел) спускается автору свыше. Автор вправе отказаться от него из-за ложной скромности, малодушия, или обычной лени. А то и вовсе, если автор поведется на злоумышленников, норовящих погасить его вдохновение на стадии искры. Но это уже ответственность автора перед собственным творчеством. В следующий раз свыше ему уже ничего спускаться больше не будет. 9. Итог: автор вознамерившийся сотворить стоящее произведение, которое в отдаленной перспективе может претендовать на классику – должен в самом себе не бояться ощущать себя гением. Это придает ему уверенности, порой, необходимой автору больше его собственной жизни. А как он это будет делать: скромно, или не скромно – вообще никакой роли не играет. Поскольку это уже никакого отношения к творчеству не имеет. Авторская скромность, или нескромность — пребывает уже в сфере меж-личностных отношений, порой очень далеких от истинного творчества.
Елена, золотые слова. Потому как гасит душу, подрезает ей крылья именно разум. Свой и чужой. Потому как с точки зрения обыденного разума: зачем писать, скажем, стихи, тратить на это время, силы, переживая при этом неприятные муки творчества, ежели за эти стихи не платят деньги. А тем более сейчас, когда стихи не популярны, и читательских спрос на них опустился можно сказать до минимальной отметки. Ныне теплится только одна зыбкая надежда, что когда-нибудь, может быть после смерти и придет признание. Но разум и тут вставляет палки в колеса: как можно после смерти тешить свое тщеславие? То есть, только попытается душа воспариться, разум тотчас бьет её по рукам. И ладно, если бы только свой собственный, который проявляется как сомнение. Хуже и коварнее здесь чужой разум: ты хочешь написать достойное произведение, чтобы встать в один ряд с классиками – так у тебя мания величия, по тебе плачет психушка. Ты претендуешь на гениальность, а сам пишешь с грамматическими ошибками… Этот ряд можно продолжать. И главное, хулители правы. Но их правота чистой воды ПОСТПРАВДА. Кто не знает значения этого слова, можете погуглить.
Так вот, чтобы противостоять разуму, нужна мудрость, чтобы в каменном заборе, которым разум облажил душу, найти и проделать брешь. Разум не всесилен, особенно постправдашный. Порою её лукавый ум – на поверхности. Но мудрость – это профессионализм, опора на традицию и культуру. Жертвами постправдашников становятся, увы, люди недостаточно культурные. Поэтому создавать достойные произведения могут только профессионалы. Именно у душ профессионалов – не подрезаны крылья, их трудно, а порою и невозможно погасить. Не зря же ведь говорят, что все дети гениальны. А у гениев сохраненные детские души. Увы, у подавляющего большинства населения души погашены. И погашены разумом. Но ничто не мешает пишущим людям набираться мудрости, чтобы противостоять разуму и безбоязненно отправлять свои души в творческий полет…
Елена! У меня и на этот счет есть свои соображения. Я это называю «комплексом сперматозоида, или, (если кому удобнее) яйцеклетки». За один выброс в семени содержится полмиллиона сперматозоидов. И только один оплодотворяет яйцеклетку. Да и то, далеко (очень далеко) не всякий раз. А сперматозоид – живое существо: он самая маленькая клетка в человеческой природе. Так что же получается, что те, кому не довелось оплодотворить – жили зря? То же самое можно сказать и о яйцеклетках, оказавшихся неоплодотворенными. Я полагаю, что не зря. Что жизненная цель сперматозоида – в стремлении оплодотворить яйцеклетку. А яйцеклетки – в стремлении оплодотвориться. И все полмиллиона сперматозоидов четко следуют заложенной в них Самим Богом жизненной программе. А вот уже само оплодотворение не в их компетенции. Это исключительно – прерогатива Бога. Бог посчитает нужным – подведет выбранный Им сперматозоид к матке, не посчитает нужным – не подведет.
Так вот каждый гений (абсолютно каждый) – подобен сперматозоиду. И его прямая жизненная цель – стремиться оплодотворить культуру. Именно оплодотворение культуры – и выражается признанием и (цитирую Вас) «будут востребованы читателем и признаны профессиональным сообществом, и — главное — сохранят значимость на протяжении десятилетий.» Но это совершенно не зависит от самого автора «Нам не дано предугадать, как наше слово отзовется…» Дело автора сделать все возможное, чтобы проявить готовность (способность) ОПЛОДОТВОРИТЬ культуру. То есть – максимально проявить себя в этом СТРЕМЛЕНИИ. А удастся ли ему это сделать, или нет – всецело зависит от Бога. Вот так, полагаю, и можно избавиться от комплекса неполноценности. Оценивать в себе именно стремление встать в один ряд с гениями… Потому как признание может произойти и после смерти, а может не произойти никогда. Тогда что получается ЗРЯ жил и творил человек?
Согласен. Сдаюсь. И в самом деле, веселить я по определению не умею. А посему я не певец пирожков. Мне по вкусу трагедии. Когда дойдет у вас очередь до трагедий (если, конечно, дойдет) поучаствую с огоньком, а может быть даже и с вдохновением. А сейчас мой дерзновенный пыл (взялся не за свое дело) — погашен…
Понятное дело, что это шутка, хотя и не оформленная пирожком. Но как говорится, каждая шутка, как солдат мечтающий стать генералом, видит себя в сладких грезах своих чуточку пирожком…
мгновенья помню миг я чудный
летела изморозь в глаза
но поскользнулся я услышав
как ты сказала мне люблю
Второй подвергаем косметической правке, чтобы уточнить, что он написан по мотивам дворовой песни «У тебя на ресницах серебрятся снежинки». И тот в конечной редакции обретает такой вид:
люблю грозу в начале мая
сказала ты но я не гром
зря музыка с небес летела
зря таял на ресницах снег
мгновенья помню миг я чудный
летела изморозь в глаза
но поскользнулся я услышав
как ты сказала мне люблю
люблю грозу в начале мая
но я не молния не гром
зря изморозь в глаза летела
зря таял на ресницах снег
любовь нечаянно нагрянет
мяукнет кошкой у дверей
но коль войдет без спроса в спальню
не выманишь и калачом
Оставайтесь таковой, какая Вы есть. Творческих удач и напористого вдохновенья.
С уважением, Георгий.
«Личная информация скрыта настройками приватности» ((
Как может лист лететь сквозь чистый неба свод? Притом коротким путем? Это под каким углом зрения нужно было смотреть на его падение? Каким образом лист мог обратиться в звездный кораблик, если он корабликом скользит по воде, пруда или лужи. Сколько мне доводилось наблюдать за опавшими листьями, бывая на фотоохоте, листья не спешат падать, а кружатся медленно, как конфетти. Если их ветер гонит к земле, то тогда откуда взялся чистый неба свод? Как можно спешить от дома и одновременно трепетать в волнах воздушных? Не понять, что означает «кров небес отверст?» Кров – это крыша, жилище, это что получается, что у неба сорвана крыша? Но тогда в зарисовке должен быть шторм, буря…. Ну и т. д.
,
Иначе на вопрос Ольги: «Кто из нас станет классиком? — звучит удручающий ответ — НИКТО!!!
По своей занудной привычке гороскопической девы, разложу все вышеизложенное по полочкам.
«Давайте пойдем логическим путем»:
1. Классиком автор становится после общественного признания. Это аксиома.
2. Общество автора делает классиком не за «красивые глазки», а исключительно за сотворенное им произведение, которое обществом нарекается в подавляющем большинстве своем гениальным, а самого автора, как творца этого произведения — гением.
3. Но вот вопрос, когда автор становится гением: когда он пишет (вынашивает) свое гениальное произведение, или, когда его таковым наречет общество? Если – второе, то тогда кем является автор, только что сотворивший гениальное произведение (которое в дальнейшем будет признано таковым и обществом)?
4. Тут мы имеем дело с явным разрывом во времени: с момента написания гениального произведения, и признанием обществом его таковым. И тогда возникает сакраментальный вопрос: в какой момент своего творчества автор становится гением? Если кому-то режет слух слово «ГЕНИЙ», найдите другое определение автору, написавшему общественно значимое произведение. Я против не буду.
5. Я же считаю, что творческий процесс проходит несколько стадий: замысел (зачатие), вынашивание, рождение и общественное признание. И уже на первой стадии (зачатии) замысел гениального произведения является гениальным. Случайно (наугад) гениальное произведение сотворить вряд ли возможно. Тут уместна восточная поговорка: «Из яйца змеи голубь не вылупится».
6. Осознает ли автор в момент осенения его замыслом (в момент зачатия), что его замысел — гениальный, а себя самого гением, или по крайней мере претендующим написать гениальное произведение? Полагаю, что — да. Потому как четко осознает, что его замысел — это задача, которая по плечу только гениям. Замыслы (великие и малые) они как грибы вырастают сами из грибницы данного Богом Дара. Более того, это сам Дар, спускаясь с небес, воплощается в замысел, запускающий в авторе творческий процесс. И по моему глубокому убеждению, не автор, а его Дар является творцом вынашиваемого и сотворенного произведения. Более того, убежден, что рукой автора водит Сам Господь. А отказывать Господу в гениальности – нонсенс.
7. Так вот — мой вывод: гением автор становится уже в момент вдохновения. Когда бразды правления за творческим процессом переходят от автора Дару. А автор только и может создавать творчеству максимально благоприятные условия.
8. Гениальность (гениальный замысел) спускается автору свыше. Автор вправе отказаться от него из-за ложной скромности, малодушия, или обычной лени. А то и вовсе, если автор поведется на злоумышленников, норовящих погасить его вдохновение на стадии искры. Но это уже ответственность автора перед собственным творчеством. В следующий раз свыше ему уже ничего спускаться больше не будет.
9. Итог: автор вознамерившийся сотворить стоящее произведение, которое в отдаленной перспективе может претендовать на классику – должен в самом себе не бояться ощущать себя гением. Это придает ему уверенности, порой, необходимой автору больше его собственной жизни. А как он это будет делать: скромно, или не скромно – вообще никакой роли не играет. Поскольку это уже никакого отношения к творчеству не имеет. Авторская скромность, или нескромность — пребывает уже в сфере меж-личностных отношений, порой очень далеких от истинного творчества.
Елена, золотые слова. Потому как гасит душу, подрезает ей крылья именно разум. Свой и чужой. Потому как с точки зрения обыденного разума: зачем писать, скажем, стихи, тратить на это время, силы, переживая при этом неприятные муки творчества, ежели за эти стихи не платят деньги. А тем более сейчас, когда стихи не популярны, и читательских спрос на них опустился можно сказать до минимальной отметки. Ныне теплится только одна зыбкая надежда, что когда-нибудь, может быть после смерти и придет признание. Но разум и тут вставляет палки в колеса: как можно после смерти тешить свое тщеславие? То есть, только попытается душа воспариться, разум тотчас бьет её по рукам. И ладно, если бы только свой собственный, который проявляется как сомнение. Хуже и коварнее здесь чужой разум: ты хочешь написать достойное произведение, чтобы встать в один ряд с классиками – так у тебя мания величия, по тебе плачет психушка. Ты претендуешь на гениальность, а сам пишешь с грамматическими ошибками… Этот ряд можно продолжать. И главное, хулители правы. Но их правота чистой воды ПОСТПРАВДА. Кто не знает значения этого слова, можете погуглить.
Так вот, чтобы противостоять разуму, нужна мудрость, чтобы в каменном заборе, которым разум облажил душу, найти и проделать брешь. Разум не всесилен, особенно постправдашный. Порою её лукавый ум – на поверхности. Но мудрость – это профессионализм, опора на традицию и культуру. Жертвами постправдашников становятся, увы, люди недостаточно культурные. Поэтому создавать достойные произведения могут только профессионалы. Именно у душ профессионалов – не подрезаны крылья, их трудно, а порою и невозможно погасить. Не зря же ведь говорят, что все дети гениальны. А у гениев сохраненные детские души. Увы, у подавляющего большинства населения души погашены. И погашены разумом. Но ничто не мешает пишущим людям набираться мудрости, чтобы противостоять разуму и безбоязненно отправлять свои души в творческий полет…
Так вот каждый гений (абсолютно каждый) – подобен сперматозоиду. И его прямая жизненная цель – стремиться оплодотворить культуру. Именно оплодотворение культуры – и выражается признанием и (цитирую Вас) «будут востребованы читателем и признаны профессиональным сообществом, и — главное — сохранят значимость на протяжении десятилетий.» Но это совершенно не зависит от самого автора «Нам не дано предугадать, как наше слово отзовется…» Дело автора сделать все возможное, чтобы проявить готовность (способность) ОПЛОДОТВОРИТЬ культуру. То есть – максимально проявить себя в этом СТРЕМЛЕНИИ. А удастся ли ему это сделать, или нет – всецело зависит от Бога. Вот так, полагаю, и можно избавиться от комплекса неполноценности. Оценивать в себе именно стремление встать в один ряд с гениями… Потому как признание может произойти и после смерти, а может не произойти никогда. Тогда что получается ЗРЯ жил и творил человек?