Добрый вечер, уважаемая Ольга! Если можно, тогда уберу второй вариант и оставлю первый… По- другому у меня не получается сделать пока видимо… надо время и учиться… учиться…
Вера, здравствуйте. Не знаю, внимательно ли Вы прочитали вводную статью, но мне казалось, что я сумела объяснить, чем пеон отличается от двусложных размеров. Попробую пару катренов Вашего стихотворения переделать в пеон. На шедевральность не претендую, возможно, местами будет несколько бредово, но постараюсь написать так, чтобы было видно разницу в ритме. Ударные слоги буду выделять жирным шрифтом.
Вот что получилось: В предрассвЕтном перломУтре успокОились капЕли, По дорОжкам ветерОчек размывАет акварЕли. ПробуждАется прирОда под высОкою лазУрью, УмывАется надЕжда золотИстою глазУрью.
Под окнОм благоухАет куст сирЕневого цвЕта, НаполнЯя все аллЕи пробудИвшимся рассвЕтом. Эти грОздья неземнЫе на недЕле расспустИлись, АромАтом опьянИли, раздразнИли, закружИли.
Как видите, две строчки (третью и четвёртую) в Вашем стихотворении переписывать не пришлось, потому что в них как раз пеон (ну или хорей с перрихием) В моём варианте в каждой строке по четыре ударных слога, если не брать во внимание предлоги, который являются отдельными словами и имеют ударения. Но предлог — это служебная часть речи для связки слов, поэтому при чтении мы не ставим на них ударения, произносим как бы мимоходом, не выделяя голосом.
А в Вашем варианте, Вера, во многих строчках ударений гораздо больше четырёх. Например: В предрассвЕтном тИхом глЯнце затихАет звОн капЕли, По дорОжкам вЕтер сЕет мАя крАски акварЕли.
То есть, главное условие пеона — 1 ударный, три безударных — в большинстве строк не выполнено.
тема (содержание) мужской беззаветной жертвенной любви не нашла отклика
Ну почему же, Георгий, я сразу написала, что это монолог о любви, полной самоотдачи, т.е. жертвенной. Догадка про авторство у меня тоже мелькала, но именно сбои и некоторый пафос позволили думать, что автор гораздо моложе и менее опытный.
Это стихотворение написал я. Мне особенно понравилось, что меня посчитали автором, «только начинающий осваивать азы стихосложения». Удивили два первых комментария, посчитав, что ЛГ — в разлуке с возлюбленной. Хотя мною это стихотворение писалось, так сказать, в альбом любимой женщине, то есть своей супруге, с которой мы прожили 55 лет, и никогда не были в разлуке, и я её по-прежнему люблю так, как это было написано в стихотворении. Теперь касаемо сбоя стихотворных ритмов. Я уже говорил, что пишу, исключительно пребывая в трансе. (Прекрасную статью о трансе можно прочитать здесь ast-academy.ru/blog/transovoe_sostoanie_kontakt_s_bessoznatelnym_i_kak_s_nim_rabotat/?ysclid=morh4tadyn760082997) Чтобы войти в него, долго медитирую, чтобы сознание полностью растворилось, и уступило месту подсознанию. Я никогда не знаю, о чем будет моё очередное стихотворение, и даже, когда пишу его, не знаю, чем оно закончится. Слова, и особенно рифмы выскакивают из пустоты сами, и цепляясь друг за дружку, ложатся на бумагу. Это подобно бормотанию юродивого. Но вот что здесь принципиально: там, откуда приходят слова – своя музыка (я её называю, музыкой небес) и у неё свой собственный ритм, которые довольно часто расходится с классическими стихотворными ритмами. Понятное дело, когда они вступают в противоречие со стихотворными размерами, я невольно отдаю предпочтение ритму «музыки небес». Делаю это неосознаваемо, потому как в состоянии транса ум напрочь отсутствует. Так вот у меня вопрос приверженцам классики: а стоит ли подгонять ритмы, услышанные в трансе, под воспринимаемые умом классические стихотворные размеры? Не лучше ли попытаться воспринять трас-стихи как невнятное бормотание юродивого? Все-таки какое-никакое разнообразие в огромнейшей, навалившейся ныне на душу читателя стихотворной массы. Сильно обескуражило то, что тема (содержание) мужской беззаветной жертвенной любви не нашла отклика. Буду гадать: то ли она полностью уже исчезла из жизни, то ли женщины окончательно разуверились в её существовании. Ну, что же мой основной посыл вынесения на обсуждение любовного стихотворения – завить, что она, мужская любовь, все же – существует.
От всего сердца поздравляю финалистов!
От всего сердца поздравляю финалистов!
Беловатые разбросаны горошки.
Одуванчиковой россыпью дорожки
Раззолочены с утра. И на крылечке
Напорошено вишнёвым цветопадом.
Распрощались с неприветливым апрелем!
Нагулявшись по далёким параллелям,
Ветерки зеленокрылые над садом
Задремали под мелодии скворечьи.
И хмелеешь, зачарованно внимая
Песнопениям расцвеченного мая,
Обнимающего нежностью за плечи.
Если можно, тогда уберу второй вариант и оставлю первый…
По- другому у меня не получается сделать пока видимо… надо время и учиться… учиться…
Попробую пару катренов Вашего стихотворения переделать в пеон. На шедевральность не претендую, возможно, местами будет несколько бредово, но постараюсь написать так, чтобы было видно разницу в ритме. Ударные слоги буду выделять жирным шрифтом.
Вот что получилось:
В предрассвЕтном перломУтре успокОились капЕли,
По дорОжкам ветерОчек размывАет акварЕли.
ПробуждАется прирОда под высОкою лазУрью,
УмывАется надЕжда золотИстою глазУрью.
Под окнОм благоухАет куст сирЕневого цвЕта,
НаполнЯя все аллЕи пробудИвшимся рассвЕтом.
Эти грОздья неземнЫе на недЕле расспустИлись,
АромАтом опьянИли, раздразнИли, закружИли.
Как видите, две строчки (третью и четвёртую) в Вашем стихотворении переписывать не пришлось, потому что в них как раз пеон (ну или хорей с перрихием)
В моём варианте в каждой строке по четыре ударных слога, если не брать во внимание предлоги, который являются отдельными словами и имеют ударения. Но предлог — это служебная часть речи для связки слов, поэтому при чтении мы не ставим на них ударения, произносим как бы мимоходом, не выделяя голосом.
А в Вашем варианте, Вера, во многих строчках ударений гораздо больше четырёх. Например:
В предрассвЕтном тИхом глЯнце затихАет звОн капЕли,
По дорОжкам вЕтер сЕет мАя крАски акварЕли.
То есть, главное условие пеона — 1 ударный, три безударных — в большинстве строк не выполнено.
Во 2-м варианте в строке
слово «мы» сбивает ритм. Сделаем инверсию: «В опьяняющей сирени мы с тобою заблудились».
Ну почему же, Георгий, я сразу написала, что это монолог о любви, полной самоотдачи, т.е. жертвенной.
Догадка про авторство у меня тоже мелькала, но именно сбои и некоторый пафос позволили думать, что автор гораздо моложе и менее опытный.
Теперь касаемо сбоя стихотворных ритмов. Я уже говорил, что пишу, исключительно пребывая в трансе. (Прекрасную статью о трансе можно прочитать здесь ast-academy.ru/blog/transovoe_sostoanie_kontakt_s_bessoznatelnym_i_kak_s_nim_rabotat/?ysclid=morh4tadyn760082997) Чтобы войти в него, долго медитирую, чтобы сознание полностью растворилось, и уступило месту подсознанию. Я никогда не знаю, о чем будет моё очередное стихотворение, и даже, когда пишу его, не знаю, чем оно закончится. Слова, и особенно рифмы выскакивают из пустоты сами, и цепляясь друг за дружку, ложатся на бумагу. Это подобно бормотанию юродивого. Но вот что здесь принципиально: там, откуда приходят слова – своя музыка (я её называю, музыкой небес) и у неё свой собственный ритм, которые довольно часто расходится с классическими стихотворными ритмами. Понятное дело, когда они вступают в противоречие со стихотворными размерами, я невольно отдаю предпочтение ритму «музыки небес». Делаю это неосознаваемо, потому как в состоянии транса ум напрочь отсутствует. Так вот у меня вопрос приверженцам классики: а стоит ли подгонять ритмы, услышанные в трансе, под воспринимаемые умом классические стихотворные размеры? Не лучше ли попытаться воспринять трас-стихи как невнятное бормотание юродивого? Все-таки какое-никакое разнообразие в огромнейшей, навалившейся ныне на душу читателя стихотворной массы.
Сильно обескуражило то, что тема (содержание) мужской беззаветной жертвенной любви не нашла отклика. Буду гадать: то ли она полностью уже исчезла из жизни, то ли женщины окончательно разуверились в её существовании. Ну, что же мой основной посыл вынесения на обсуждение любовного стихотворения – завить, что она, мужская любовь, все же – существует.