Вне конкурса. Вздохнёшь-и мало. Боли за грудиной. Герань засохла струпьем на окне. Мучительно метели ночью снятся. А выглянешь в окно- Всклокоченные пятна. Там грязь и глина испятнали двор. Акне. А в воздухе частицы мелкой пыли. Свинец и стронций- нет щеколдам на окне. Ах, воздух! Кто тебя, родимый, выпил?! Всё тот же демон. Стерегущий снег.
Когда закончится зима И принесёт свои решения, И окна в стареньких домах Вновь заиграют отражением, И синим цветом прямо с крыш Прольётся небо удивительно — Ты песню новую услышь, Она прекрасна и пронзительна.
Когда закончится зима, Сплетя узоры нашей памяти, Мне б только не сойти с ума, Всё разбираясь в жизни грамоте. А синь у неба на краю В воде ломает отражения. И послезимний воздух пью До полного изнеможения…
Разлетелись кленовые листья Приглашением на карнавал. Осень поступью медленной, лисьей, Разгораясь рябиновой кистью, О своих заявляет правах.
В старом парке огни ожерельем На площадках торговых блестят. В тихих сумерках – лёгкие тени От фонарных столбов и растений, Вдоль аллеи нестроен их ряд.
Исчезает румянец заката, Укрывая Казань тишиной. Выйдет месяц на небо рогатый, На ночном покрывале богатом Вспыхнут звёзды одна за другой.
Отражается свет золотистый На зеркальной поверхности вод. День осенний кончается быстро, Воздух стелется мягкий, душистый. В бабье лето гуляет народ.
Воздух перестал быть мирным. У печурки греются пимы. Чернозёмом привлекают жирным Снегирей. Ведь снега нет.Зимы. Тусклые немытые окошки. Тусклая ивовая кора. Овцы раскатились по горам горошком. Где же ты, декабрьская пора? Чтобы свежестью свободный ветер. Чтобы синий лёд из-под саней. Где ты, Санта? Пьёте ром с Морозом Где-то там, в Лапландии своей…
Как воздух нам она нужна – у каждого страна одна: своя, родная, дорогая – не обойти от края и до края. Мы делали с ней первый шаг, в строю несли победный стяг, летели в космос, опускались в глубину, ловили парусом волну, месили грязь в кирзόвых сапогах, качали нефть в болотах и снегах, в косоворотке и лаптях, на площадях чеканя шаг, с ней открывали новые миры, впервые были влюблены. И сладкий запах пирога, глоток из крынки молока – всё мило, дорого, любимо, за поворотом, вдруг, неповторимо. Люблю тебя, моя страна – как воздух Родина нужна. Я – гражданин твой! Припадаю, когда смеюсь, когда рыдаю, а то вдруг вспомню я слова: “не для тебя придёт весна”…
Воздуха мне не хватает — вновь душит кашель. Пью тёплую воду с лимоном, лежу в постели. И всё равно, что твориться там, в мире вашем; знаю: хорошие новости не прилетели. Сыро, туманно, не радует солнышко светом, воздух наполнен какою-то липкою взвесью. А в голове — всё стучит и стучит, и, при этом, кто-то заводит тоскливую, нудную песню. Будто бы старый шарманщик под окнами бродит, и обезьянка ему собирает монеты… В детстве далёком у Грина читала я, вроде… Жаль, что лишь только теперь вспоминаю об этом.
САМОУГЛУБЛЕНИЕ (Из цикла «Встречая второе пришествие НИЧЕГО»)
Истерзанный глаз мой вечен, И утюгом разглажен. Пикассо – он мой предтеча, И даже черней сажи Малевича вещий квадрат – мой дерзкий удачливый сват сосватал любимую дочку Судьбы вдохновений – музу. И творчества сладкие узы, как многоточия точки, в вечности звездами стали, и с горних небес зашептали: «О, люди, любите друг друга, любите друг друга, люди…» Как воздух любовь наша будет с наполненной благостью грудью — от севера и до юга, роднясь со всем миром, по кругу, мы будем, за землю болея, лад воспевать и сеять вечное в души людей. И пусть за окном суховей становится злее и злей, я разложу до основ фундаментально любовь. И – на холсте без прикрас, словно иконостас, в автопортрете мой глаз.
Вздохнёшь-и мало.
Боли за грудиной.
Герань засохла струпьем на окне.
Мучительно метели ночью снятся.
А выглянешь в окно-
Всклокоченные пятна.
Там грязь и глина испятнали двор.
Акне.
А в воздухе частицы мелкой пыли.
Свинец и стронций-
нет щеколдам на окне.
Ах, воздух!
Кто тебя, родимый, выпил?!
Всё тот же демон.
Стерегущий снег.
Когда закончится зима
И принесёт свои решения,
И окна в стареньких домах
Вновь заиграют отражением,
И синим цветом прямо с крыш
Прольётся небо удивительно —
Ты песню новую услышь,
Она прекрасна и пронзительна.
Когда закончится зима,
Сплетя узоры нашей памяти,
Мне б только не сойти с ума,
Всё разбираясь в жизни грамоте.
А синь у неба на краю
В воде ломает отражения.
И послезимний воздух пью
До полного изнеможения…
Например, третья неделя марафона здесь: pisateli-za-dobro.com/articles/2550-rozhdestvenskii-poeticheskii-marafon-2025-tretja-nedelja.html
Перводекабрьское
Пахнет веником берёзовым
Или листьями осенними…
Неба цвет с оттенком розовым.
Настроение весеннее,
Хоть декабрь стоит за окнами,
Беспросветно небо хмурится,
А листвой опавшей мокрою
Устлана вся наша улица…
Оттого ль что воздух стелется,
Пахнет банькой деревенскою,
В лучшее мне снова верится
И пишу, почти блаженствую?
2025
Перводекабрьское (авторское слово)
Мне бы воздуха глоток чистейшего,
Эхом громким вдаль улететь.
Мне бы тихого вздоха милейшего,
А затем бы на всех посмотреть.
Задыхаюсь от гари чернеющей…
Грудь сжимается. Хочу закричать.
Дайте воздуха душе изнывающей!
Что вам стоит? Не надо молчать.
И глаза отводить в сторону,
Это тоже никак не понять…
Дайте воздуха всем поровну,
Дайте!!! Не устану повторять.
4. 12. 2025 г.
Разлетелись кленовые листья
Приглашением на карнавал.
Осень поступью медленной, лисьей,
Разгораясь рябиновой кистью,
О своих заявляет правах.
В старом парке огни ожерельем
На площадках торговых блестят.
В тихих сумерках – лёгкие тени
От фонарных столбов и растений,
Вдоль аллеи нестроен их ряд.
Исчезает румянец заката,
Укрывая Казань тишиной.
Выйдет месяц на небо рогатый,
На ночном покрывале богатом
Вспыхнут звёзды одна за другой.
Отражается свет золотистый
На зеркальной поверхности вод.
День осенний кончается быстро,
Воздух стелется мягкий, душистый.
В бабье лето гуляет народ.
У печурки греются пимы.
Чернозёмом привлекают жирным
Снегирей.
Ведь снега нет.Зимы.
Тусклые немытые окошки.
Тусклая ивовая кора.
Овцы раскатились по горам горошком.
Где же ты, декабрьская пора?
Чтобы свежестью свободный ветер.
Чтобы синий лёд из-под саней.
Где ты, Санта?
Пьёте ром с Морозом
Где-то там, в Лапландии своей…
Как воздух нам она нужна –
у каждого страна одна:
своя, родная, дорогая –
не обойти от края и до края.
Мы делали с ней первый шаг,
в строю несли победный стяг,
летели в космос, опускались в глубину,
ловили парусом волну,
месили грязь в кирзόвых сапогах,
качали нефть в болотах и снегах,
в косоворотке и лаптях,
на площадях чеканя шаг,
с ней открывали новые миры,
впервые были влюблены.
И сладкий запах пирога,
глоток из крынки молока –
всё мило, дорого, любимо,
за поворотом, вдруг, неповторимо.
Люблю тебя, моя страна –
как воздух Родина нужна.
Я – гражданин твой! Припадаю,
когда смеюсь, когда рыдаю,
а то вдруг вспомню я слова:
“не для тебя придёт весна”…
Моя весна – час утренний гостям, –
Захаживает дождиком плескаться
И сыплет капли-ягоды садам.
Досадуя, шумит: не смей сдаваться!
Отпрянули ознобные ветра.
Луга, опушки понабрали света.
Настала благодатная пора.
Пичужка зяблик призывает лето.
Блестят пестро соцветия огней –
Рябины, яблонь и кустов сирени,
И дым листвы сгущается нежней,
И на полянах пляшут светотени.
Растёт крапива, можно щи варить,
И месяц травень всем готовит лето.
Ты сможешь снова сладкий воздух пить
Вишнёвым утром с ласточкой рассвета.
Дождись тепла, и станет жизнь милей.
Живи всегда в созвучии с природой,
И падать духом никогда не смей.
А пятна чада не на век, проходят.
Уже цветов прощальная бездомность
Накинула осенний свой халат.
Ушла печали грустная бездонность.
В любви моей никто не виноват.
Ах, что так мучит нас? Ужель погода
Иль время беспокойное моё?
Такая морось нынче с небосвода…
Ещё и не зима, лишь тень её.
Предзимье иль иное время года,
А вечереет, солнышку пылать.
Сквозь лёгкий воздух сонная природа
Выходит на луга зарю встречать.
Цветов моих прощальная бездомность,
Моей любви печаль и маята,
Воздушных поцелуев томность,
Зари вечерней блеск и красота.
Всё благостно. И всё любовь смешает.
Такая правда жизни и краса.
Но, если вдруг тебя любовь узнает,
Тебе подвластны станут чудеса.
Пью тёплую воду с лимоном, лежу в постели.
И всё равно, что твориться там, в мире вашем;
знаю: хорошие новости не прилетели.
Сыро, туманно, не радует солнышко светом,
воздух наполнен какою-то липкою взвесью.
А в голове — всё стучит и стучит, и, при этом,
кто-то заводит тоскливую, нудную песню.
Будто бы старый шарманщик под окнами бродит,
и обезьянка ему собирает монеты…
В детстве далёком у Грина читала я, вроде…
Жаль, что лишь только теперь вспоминаю об этом.
Первый куплет.
Раздушенный воздух кофейни
Тягуч и загадочно крут.
Эспрессо здесь нежно утешен
Художник, убийца и брут.
Припев:
Печально вздыхает бариста:
Ему бы в бармены уйти! Ах!
Чтоб слышать:
-Нам десять по триста!
А тут лишь бомонд да ай-ти.
Второй куплет.
Кокеточки, барышни в джЕрси
Свои обсуждают дела:
Как встретила принца на мерсе.
И как на бабло развела.
Припев.
Третий куплет.
Здесь падре готовится к мессе.
И тёплый струит ветерок…
А он ведь, бариста,
С Одессы.
Там порт.А в порту катерок.
Припев.
Четвёртый куплет.
Там скумбрия маслом лоснится.
Скучает старик Ланжерон…
Уеду!
Одесса мне снится.
И милый одесский перрон.
Припев.
Рокот моря неумолчный
эхом в сердце отзовётся.
Грохот грома, грозный, мощный,
Стая туч затмила солнце.
Дождь безудержным потоком
побережье омывает.
Зрит орёл холодным оком,
В воздух медленно взмывая.
Он преследует добычу,
Пир кровавый предвкушает!..
Вольному простор привычен.
В небе- силуэты чаек.
Лишь забрезжит розовое утро
Пробуждаются цветы и травы
Трепетно, почтительно склоняясь
Перед мудрой матушкой-природой.
Умываются росой жемчужной.
Так изысканы, многообразны
Их пыльцы душистой ароматы.
Пчёлы медоносные сбирают
Урожай чудесного нектара.
В знойном воздухе гудят немолчно
Голоса шмелей неутомимых.
Над широким полем васильковым
Дружный рой неспешно пролетает.
Беззаботной бабочкой порхает
Молодое, озорное лето.
В скромном, светлом платьице берёзка
Солнцу улыбается приветно.
Машет тонкой, нежною рукою
Погружённому в раздумья дубу.
(Из цикла «Встречая второе пришествие НИЧЕГО»)
Истерзанный глаз мой вечен,
И утюгом разглажен.
Пикассо – он мой предтеча,
И даже черней сажи
Малевича вещий квадрат –
мой дерзкий удачливый сват
сосватал любимую дочку
Судьбы вдохновений – музу.
И творчества сладкие узы,
как многоточия точки,
в вечности звездами стали,
и с горних небес зашептали:
«О, люди, любите друг друга,
любите друг друга, люди…»
Как воздух любовь наша будет
с наполненной благостью грудью —
от севера и до юга,
роднясь со всем миром, по кругу,
мы будем, за землю болея,
лад воспевать и сеять
вечное в души людей.
И пусть за окном суховей
становится злее и злей,
я разложу до основ
фундаментально любовь.
И – на холсте без прикрас,
словно иконостас,
в автопортрете мой глаз.