Жить хорошо синице весной: из лужицы напится водой; весь день неутомимо нам петь, в гнезде птенцов любимых согреть. В ней нет ни лицемерья, ни лжи: ведь никому не надо служить. Вот потому-то после зимы синицей вновь любуемся мы!
Иосиф, рада вам очень! Черкесами в давние времена называли всех кавказцев. Поэтому национальность черкешенки Лермонтова, в общем-то, неизвестна. Махаджиры… ну, не буду здесь поднимать неприятную политическую тему о том, кто они… Скажу одно: памятник махаджирам стоит в Сухуме на одноименной набережной. К сожалению. Но Абхазию обожаю с детства. Езжу часто туда.
Звенит симфония — капель, В окно стучится к нам апрель! Цветы проснулись, зацвели, Лучи ласкают край земли. Гуляет аромат в садах, Щебечут птицы на ветвях. Сияет солнце в облаках, Весна ликует в небесах!
Весны прощанье – месяц май – итог для песен, игр и ласки. Распался рой полётов стай, скворцов поделены участки. Летают пары до границ. Скворечники – и дом, и крепость: хранить от кошек-озорниц, кормить птенцов да верить слепо, что дети, в небо упорхнув, под кров слетятся позже снова. Взрослеют… Дым невзгод глотнув, наведают объятья дома? Отца и матери труды забудут дети. Ждёт дорога. Закон Любви, закон судьбы – «прилеплен» муж к жене – от Бога. Задремлют дом и сад, очаг… Покинуты. Грустят под осень. В проёмах окон, как в очах, тоска. И писем нам не носят.
Жить хорошо синице
весной:
из лужицы напится
водой;
весь день неутомимо
нам петь,
в гнезде птенцов любимых
согреть.
В ней нет ни лицемерья,
ни лжи:
ведь никому не надо
служить.
Вот потому-то после
зимы
синицей вновь любуемся
мы!
Вспыхнут небеса.
Ждём весну скорее:
Приходи, весна!
Всюду песни льются,
Рек водоворот,
Ручейки смеются —
Вот — она идёт!
Алые лучи.
Солнышко желанное.
Сонные грачи.
Буйное цветение
В парках и садах.
Птичек песнопение.
Небо в облаках.
Майскою прохладою
Утро освежит.
Нежною усладою
День заворожит.
Убрали прошлогоднюю листву.
Апрель был гол, и лишь осока,
Пожухлая, качалась на ветру.
Поля чернели, и дымилась пашня.
Спускался на луга туман.
На Север с Юга потянулся
Гусей и уток длинный караван…
И серёжками тряхни!
Пережили мы морозы,
Упорхнули снегири.
Снег с полей умчал ручьями,
Шустро солнышком гоним.
Льдинки — все, что были с нами,
Растопились вместе с ним!
Ждут тепла дубы и ели.
А тропинки у ручья
От цветочков пожелтели.
Ждать недолго соловья!
Апрель пришёл. Сбежали льды.
В полях чернеет нагота.
Дрожат у берега кусты,
Журчит в канавах чистота.
Луч колет снег. Бежит ручей.
Проснулся шмель. Летит пчела.
На ветках — гомон от грачей.
Земля от спячки ожила.
Набухли почки. Брызнул сок.
Бежит по жилам у берёз.
Взошел на кочке стебелёк,
Забыв про стужу и мороз.
Туман ложится на овраг.
Сияет солнце. День растёт.
Рассеял ветер в чаще мрак,
И все в округе зацветёт.
Гром грянул. Капнула вода.
Умылись травы и песок.
Ушли из мыслей холода,
Пробился к свету лепесток.
Сады вздохнули. Птица вьёт
Гнездо у самого окна.
Природа празднует, поёт —
И в мир торопится весна.
Звенит симфония — капель,
В окно стучится к нам апрель!
Цветы проснулись, зацвели,
Лучи ласкают край земли.
Гуляет аромат в садах,
Щебечут птицы на ветвях.
Сияет солнце в облаках,
Весна ликует в небесах!
итог для песен, игр и ласки.
Распался рой полётов стай,
скворцов поделены участки.
Летают пары до границ.
Скворечники – и дом, и крепость:
хранить от кошек-озорниц,
кормить птенцов да верить слепо,
что дети, в небо упорхнув,
под кров слетятся позже снова.
Взрослеют… Дым невзгод глотнув,
наведают объятья дома?
Отца и матери труды
забудут дети. Ждёт дорога.
Закон Любви, закон судьбы –
«прилеплен» муж к жене – от Бога.
Задремлют дом и сад, очаг…
Покинуты. Грустят под осень.
В проёмах окон, как в очах,
тоска.
И писем нам не носят.
Нещадно воздух сотрясая,
Гремит гроза в начале мая,
Но влаги с неба нет как нет!
Что за причуды? В чём секрет?
С погодой вИрга приключилась,
Дождём ни капли не пролилось.
Лишь погремела и ушла
Гроза без ливня. Вот дела!
Ви́рга (сухая гроза) — это метеорологическое явление, при котором осадки испаряются, не достигая поверхности земли.
Под мазками зимовавшей пыли
Хоронилась белизна снегов.
Топали по ней, ногой топили
Спичек-кораблей калейдоскоп.
Утоптался по ущельям улиц.
Утопал по скверам и дворам.
По утрам смерзался — твёрже пули;
Смачно чавкал жижей вечерам.
Реяли на батареях тюлем
Сквозняки. Сквозили нас насквозь…
Пробивали поясницу пулей!
Застывали, застудив всерьёз…
А застав в врасплох снегов застава,
Беззаботно словно ребятня,
Капителями карнизов поливала,
Каплями за шиворот звеня…
Те сосульки – капитель капели
В тесноте сплочённости шеренг
Вниз сверзались, улыбаясь, пели…
Возрождался вёсен Гуинплен.
Изогнулись змеи тротуаров –
Изо льда из восдотоков труб.
И Изольды, рыцари Тристаны
Меж «Граалей», спешившись, ползут…