Сказал мне Пушкин: Что ж, неплохо. Вот только рифма где, мой друг? Ужель прошла, прошла эпоха, И нет у Музы верных слуг?! Я внял. И Муза в благодарность Рифм неухоженных вульгарность Из строк бездарных убрала. Как только девственность чела Печать трудов избороздила, Наполнив строфы волшебством, В словах, казалось, ни о чём, Вдруг зазвучали страсть и сила.
Воскликнул Пушкин: Ты молчал?! Ни слова, будучи поэтом, В двадцатом веке не сказал?! Не умирай же в веке этом. Поэты есть, ты – не один. Да сколько ж можно, сукин сын, Напрасно гнать своё призванье И божеское дарованье Растрачивать по пустякам, К полёту мысли не стремиться?! Не может жить без неба птица. Ему ответил: Знаю сам.
Но нет, не сшёл талант под землю, Он ждал и был всегда со мной. Я вновь восторженно приемлю Умом и сердцем, и душой Его могучие порывы. Воскресли рифмы, мысли живы, И мозг от мрака скверны чист. Как встарь, бумаги чистый лист Влечёт, как женщина весною, Любовью страстною горя. Мне вдохновение даря, Вновь Муза верная со мною.
И я ступил на этот путь, Путь вдохновенный, но тернистый. И, может быть, когда-нибудь Засветится звездой лучистой То, что кропалось молодой, Тогда неопытной рукой, И то, что ныне шепчет Муза; Избавившись-таки от груза Сомнений в том, куда идти, Уже поэт, уже не зритель, Иду твоим путём, учитель! Иного больше нет пути!
Если по размеру надо «вобще», то в таких случаях я так и пишу, просто я делаю сноску: вобще — вообще, чтобы не возникало вопросов. Я думаю, в данном случае поэт это и имел в виду и никакого сбоя в размере не допускал при таком чувстве ритма. А вот засилье глагольных рифм, тут Елена права, большой минус, хоть они и идеальные. Дойдя до «фригидности» вообще тянет написать пародию, да тема больно скользкая.
Только сделайте инверсию:… А город спит ещё…
От Рождества Христова!
А Человечество в ответ
С собой воюет снова.
Ни дня не может без войны.
Не до молитвы, Боже.
Здесь Смерть на службе Сатаны –
Там, где ей быть негоже.
Уже Планета стонет вся
От злобы и угрозы,
Терзают нелюди ея,
И льются, льются слёзы.
А Человечество себя
Сожрёт, ей богу, Боже;
Как Марс когда-то погубя,
Погубит Землю тоже.
Ты нас помилуй и прости,
Поговори серьёзно!
И помоги себя найти,
… Пока не поздно!!!
© Сергей Фомин
Семикаракорск
7 января 2020 г.
Я тоже крысу не люблю,
Уж лучше мышь, чем крыса,
Хотя и тех, и тех ловлю:
На то ведь я и киса!
Так выпьем в новогодний час
Казахского кумыса
За то, чтоб не жила средь нас
Какая-нибудь крыса!
За то, чтоб в этот Новый Год
Нам крысы не мешали,
И чтоб на денежный развод
Они не подбивали!
Чтоб денежки текли рекой,
Чтоб незаметно крыса
Не утащила за спиной
Лепёшку из маиса!
Я поднимаю свой бокал
За год священной мыши!..
А крысы пусть бегут в подвал –
Не место им на крыше!
© Сергей Фомин
Семикаракорск
17 ноября 2019 г.
Хоть в поэзии, хоть в песне,
Только лучше Заходера
Не получится, хоть тресни.
Сол, фасол, канифол
Сергей Фомин 61
Дэти, нэдавно прочёл
И нэ поверил писакам
(Русский язык — тёмный лэс):
Сол, фасол, канифол
Пишется с мягким знаком,
Вилька, тарелька, бутилька — бэз!
Семикаракорск
2 сентября 2019 г.
Бородатый анекдот в стихах
© Copyright: Сергей Фомин 61, 2019
Свидетельство о публикации №119090207221
О, как хотел бы я порою
Совсем, совсем тебя прогнать,
Расстаться с ветреной игрою,
Спокойно жить, спокойно спать,
Спокойно ездить на работу,
С тобою не делить досуг,
Любовь, печаль, мечту, заботу
Не поверять тебе, мой друг;
Не слышать песен, песен милых,
Тобой нашёптанных в ночи.
Сказать: уйди. Прогнать не в силах.
Тогда не пой — сиди, молчи.
Но лишь замолкнут звуки песен
Хоть на минуту, хоть на миг,
И мир становиться так тесен,
И, как из клетки, рвётся крик.
© Сергей Фомин
Балаково
1986г.
Сказал мне Пушкин: Что ж, неплохо.
Вот только рифма где, мой друг?
Ужель прошла, прошла эпоха,
И нет у Музы верных слуг?!
Я внял. И Муза в благодарность
Рифм неухоженных вульгарность
Из строк бездарных убрала.
Как только девственность чела
Печать трудов избороздила,
Наполнив строфы волшебством,
В словах, казалось, ни о чём,
Вдруг зазвучали страсть и сила.
Воскликнул Пушкин: Ты молчал?!
Ни слова, будучи поэтом,
В двадцатом веке не сказал?!
Не умирай же в веке этом.
Поэты есть, ты – не один.
Да сколько ж можно, сукин сын,
Напрасно гнать своё призванье
И божеское дарованье
Растрачивать по пустякам,
К полёту мысли не стремиться?!
Не может жить без неба птица.
Ему ответил: Знаю сам.
Но нет, не сшёл талант под землю,
Он ждал и был всегда со мной.
Я вновь восторженно приемлю
Умом и сердцем, и душой
Его могучие порывы.
Воскресли рифмы, мысли живы,
И мозг от мрака скверны чист.
Как встарь, бумаги чистый лист
Влечёт, как женщина весною,
Любовью страстною горя.
Мне вдохновение даря,
Вновь Муза верная со мною.
И я ступил на этот путь,
Путь вдохновенный, но тернистый.
И, может быть, когда-нибудь
Засветится звездой лучистой
То, что кропалось молодой,
Тогда неопытной рукой,
И то, что ныне шепчет Муза;
Избавившись-таки от груза
Сомнений в том, куда идти,
Уже поэт, уже не зритель,
Иду твоим путём, учитель!
Иного больше нет пути!
© Сергей Фомин
Семикаракорск
21-23 мая 2019г.
За Тютчева мне стало грустно:
Зачем его-то привлекать,
Причём, довольно безыскусно?