Ольга Которова

Ой, Леночка, я это Полине писала, прошу прощения. Ваше трёхстишие мне вполне нравится.

Замечательное произведение для ребятишек. Дорогая Нина, поздравляю Вас с восхождением на новую ступень в продвижении книги. Уверена, по оценкам жюри он будет среди лидеров. Желаю победы!

Было бы безупречно, если бы третья строчка состояла из пяти слогов.

Да, я в последние дни начиталась, кто так, кто этак объясняет. Я сделала выжимку: созерцательная позиция автора, отсутствие образов и оценок, многовариантностт предполагаемой развязки.

Может, и к лучшему!

Мне очень нравится, как Вы переделали. Прям шедевр.

Тоже мило. Но нет ли в вопросе страха или печали? Хотя, это, наверное, зависит от душевного состояния конкретного читателя.

Тут есть глубина. Голуби — символ мира. И победа. Русскому человеку есть, о чем вспомнить, о чем подумать.

Здесь только констатация, Клавочка. Насколько я поняла суть жанра, надо вызвать у читателя какие-то размышления и вопросы: где, почему, зачем.

Тоже интересный момент времени.

Интересная картинка. Где этот человек? Почему он тоскует о доме, увидев кошачьи слелы? Тут от материнского скучания по детям на отдыхе до страданий пленника в арабской пустыне…

Зябко и свежо — это ощущения. Их не должно быть в хокку.

Ну нечего сказать. Удивительный подбор слов — можно несколько вариантов домыслить.

Это хокку., не иначе.

Сюжет Вы нарисовали исчерпывающий. Читатели дорисовывать нечего — нет никакого толчка от автора.

Второе, как мне кажется, ближе к жанру хокку. Но тоже простая констатация, без подтекста.

Ирина, в хокку не бывает оценок. У Вас эмоция — грустно. Я в вводной статье попыталась всё объяснить.

Вот это мне гораздо больше нравится. Здесь за строчками состояние человека, который в волнах слышит мантры. Наверное, ему надо было успокоиться, и он пришёл к морю. На мой взгляд, это очень хорошее стихотворение.

Зарисовка. Хоть и не вижу здесь никакого подтекста, заставляющего читателя дорисовывать сюжет, только констатацию, но слоги выдержаны. Спасибо, дорогая Елена.

Пожалуйста, Карина!