Перебежчик

Жил в нашем городе человек, по имени Григорий Моисеевич. Нет, вы ошиблись, не музыкант, а математик. Он преподавал математику в школе №4 района спиртзавода. С ним случилось несчастье. От нерадивости своих учеников, от напряженного учительского труда, у него стало болеть сердце, и даже случился инфаркт. Отлежав положенное время в больнице, невзирая на грозные предупреждения докторов, он по утрам начал потихоньку бегать трусцой, и со временем этот тихий бег с малых дистанций постепенно вырос в длину всего города. В течение нескольких лет он каждое утро пробегал эту дистанцию. К нему, бегущему, так привыкли, что жители города не представляли своего пробуждения без пробегающего мимо их окон Григория Моисеевича. Но вот однажды случилось невероятное, он исчез из утреннего заооконого пространства. Нет, он был жив и здоров (слава бегу), но бегать перестал. Вскоре, вдруг, все узнали, что Григорий Моисеевич оформляет документы на выезд в Израиль. Еще на месте жили все немцы, еще неприступной стеной стояла Берлинская стена, еще благоденствовала коммунистическая партия и вершила судьбами людей, еще попасть за «бугор» для простого учителя было все равно, что грешнику в рай, и, вдруг, неведомый Израиль. Все сочувствующие люди стали гадать, уедет не уедет, отпустят, не отпустят. Отпустили. Знаете, почему? Да нет, не как лучшего бегуна от инфаркта. Таких премий тогда не давали. Беги, куда хочешь, все твои шаги считают и отслеживают. И потому, как все люди, пытающиеся изменить свои нравы и помыслы на «забугорные», Григорий Моисеевич, как член единой и любимой партии, был приглашен на бюро райкома, в аккурат после подачи документов на выезд. И вот бюро райкома в сборе, люди в черных пиджаках и галстуках настроены дать решительный отпор бегуну, простите, перебежчику из одного социального строя в другой. Много серьезных вопросов задали в тот день Григорию Моисеевичу. Но один из вопросов, вернее ответ на оный вопрос, выбил разгневанных партийцев из седла правильно бегущего идейного коня. Спросили: «Григорий Моисеевич, вы же член нашей родной партии, советский учитель, как вы можете бросить страну, которая вас учила, воспитывала, тратилась на вас? Вы же член КПСС, вы понимаете это?» Ответ был таков: «Я все понимаю. Но я знаю, что в Израиле тоже есть братская коммунистическая партия. Я намерен сразу же по приезде вступить в нее. Только, пожалуйста, подскажите, я смогу это сделать с этим партийным билетом или мне там выдадут другой?» Члены бюро, что были, поумней, задохнулись от смеха, чуть не попадав под стол, а те, что поглупей, негодовали. Но отпустили. Иногда нужно показаться глупым, чтобы на тебя махнули рукой и отпустили. Куда? А куда-нибудь, где тоже живут люди.