На звук мелодии

На стенке пляшут тени человечков
И больше никакой забавы нет…
И хочется задуть 
дурную свечку,
Но почему-то отключили свет.

Такой он -
ноября 
последний вечер.
В нём одиноко, 
зябко 
и темно.
И бросив что-то теплое на плечи,
Я вслушиваюсь в ветер за окном…

А в нём всё то, 
чего совсем
не просишь,
Во что не веришь и
о чем молчишь,
Сквозь толщу чувств,
сквозь черноту полотнищ,
идет к тебе 
на огонёк свечи.

И понимаешь, 
как всё в мире спорно, 
Когда ожив, 
коснувшись ветра губ,
Рыдает
нежным голосом валторны
кусок трубы 
в подтаявшем снегу.

Когда слышны
виолончель и скрипка
В переплетении электропроводов,
И кажутся
случайною ошибкой
Фальшивость нот,
расстроенность ладов. 

Когда печали ноты 
в сердце глу'хи
И жалобой осеннею полны'.
И старый контрабас, 
в душевной фуге, 
Берет аккорд потери и вины.

А ты молчишь… 
Молчишь, молчишь 
и смотришь…
И снова…
Смотришь, смотришь 
и…
молчишь…
Сквозь толщу чувств, 
сквозь черноту полотнищ
Ты убегаешь 
от себя
по сводам крыш.

Твой грустный взгляд 
опять тебя уносит,
За горизонты городских огней.
Ты ускользаешь…
в темноту и в осень…
Оставив 
только силуэт в окне.