Дедушка ласково гладит вторую голову внука И кладёт конфетку в трехпалую синюю руку. Берёт за поводок-строгач лохманую рыбёшку, Не дав ей банку облизать с консервами из кошки. И так они отправились гулять в ближайший парк, Чтоб наблюдать за стаею диких пернатых собак, Которые здесь пролётом куда-то на крайний юг, Но ради сочной морковки сделали маленький крюк. Она с ветвей свисает до самого бетона, А пёсики клюют её и издают лишь стоны. Ужасно радостны вокруг и взрослые, и дети, О, как неповторим июнь в три тыщи двадцать третьем!
— Привет! Ты кто? — Одуванчик. А ты? — Не ты! А Вы! — Ладно-ладно… А Вы? — Я — чистокровная благородная Роза! — … а я… — Откуда ты такое… а… а… АДУВАЧИ...? — О-ду-ван-чик! — Неважно! Так откуда ты? — С той стороны забора. — Фи! "… с тооой стороны...'! — А ты… Ой! Вы откуда? — Ах, как откуда!? Естественно из элитного питомника! Моё предназначение — величественная красота! А ты...! — А я? — Форменное безобразие! — ? — Как можно! Какое безвкусное непостоянство!.. — ? — … То жёлтый, то белый, то, вообще, лысый! Фииии! — Но мне… ЧИК — … это нужно… ЧИК — … для путешествий… ЧИК Секатор в руках садовника неумолим, ему нет разницы между голодранцем-путешественником и высокородной знатью. ЧИК
Вот моя безглагольная попытка. И признание — без глаголов сложно. Но интересно.
В ожидании
Незамысловатые цветы на клумбе под окном, пронизанные предутренней прохладой, замершие в ожидании первых солнечных лучей. Дрожью предвкушения нового дня пронизаны все клеточки — от края каждого лепестка-тычинки через стебель-листик до кончика самого тоненького корешка. А рядом на скамейке я, тоже не «особая редкость», в ожидании своих «солнечных лучей» — своего вдохновения.
Да, стало грустно, от того, что Вы, прикрываясь, как фиговым листом, парадоксальностью и прочими нео коммунистическими домостроями, сваливаете всё в один «котёл». И, «вкусив» это «блюдо», человек чувствует «заворот кишок». Читатели, в большинстве своём, очень неглупые люди и хотят понимать то, что читают. На этом ставлю «жирную точку». Всего Вам доброго.
Как заключение, цитата — «А что сказка дурна — то рассказчика вина. Изловить бы дурака да отвесить тумака, ан нельзя никак — ведь рассказчик-то дурак! А у нас спокон веков нет суда на дураков!..» (Л.Филатов)
Прошу прощения, мне потребовалось некоторое время для проведения небольшого «эксперимента» — я попросила прочесть эту миниатюру (без всяких ссылок и привязок) нескольких моих знакомых, людей совершенно разных по возрасту и образованию. На требование высказать своё мнение о прочитанном чаще всего слышала — «Что это?» (с брезгливой интонацией). А от предложения познакомиться с ранними произведениями об Оракуле (для более развернутого представления сути) кто-то просто отмахнулся, кто-то сказал: «Если что-то в том же духе, то лучше не надо». Мой сосед по площадке (преподаватель в музыкальной школе) сравнил Вас с Сергеем Рахманиновым — во время исполния (прочтения) его 3-го концерта («оракульской эпопеи») можно сломать пальцы (мозг). А дворник, поливающий цветочную клумбу под моим окном, прочитав, улыбнулся: «Не переживай. Просто человек такой. Сам себе пишет, сам себе читает, сам себе радуется».
Спасибо, Нина Николаевна. Я очень люблю то место, где живу. Наверное, мне не удалась задумка — показать Урал не как место на карте, а как человека, живущего здесь, принимающего любые проявления природы смиренно, как естественное, как должное, как назначенное свыше.
Первое, ПРОПАГАНДА табакокурения (в разной форме более десяти раз) — не было бы у персонажей этой пагубной привычки, не поговорили бы о Русском языке. Второе, на что я обратила внимание в этой миниатюре (да и вообще, во всей «оракульской эпопее»), почему именно ОРАКУЛ? А не ясновидец, пророк, прорицатель или вещун? Спасибо, словарям! Только суждения Оракула признаются непререкаемой истиной. И Вы в произведениях, судя по всему, позиционируете себя вовсе не учеником, а самим Оракулом.
А за примером далеко ходить не надо — «Рассмотрим её чисто литературный аспект. С точки зрения литературного вкуса (прекрасных традиций русской словесности) первая часть об омоновце вообще не нужна. Можно было ограничиться (а в данном случае краткость – сестра таланта) одной фразой: ЛГ за неделю до свадьбы отказалась идти в ЗАГС, поскольку разочаровалась в избраннике и пребывала в крайне удрученном состоянии. И все внимание читателя было сосредоточено на главном, а именно – на МЫЗЫКЕ.»
А все Ваши «страдания за отечественную литературу» сводятся к выбору «жертвы» в очередном конкурсе и громким заявлениям о Вашем высшем филологическом образовании. Очень хочется, быть в центре внимания? Представьте на суд своё произведение, а не «перетягивайте одеяло» на свою персону «воплями с горы».
P.S. И о К.С.Станиславском — он отказался выйти на сцену, когда актер, замученный его «Не верю», предложил поменяться местами.
Георгий, почему Вы постоянно ищете какие-то скрытые смыслы? Развешиваете ярлыки («палач», «маньяк»)? Обижаете, унижаете («авторша»)? Конечно, каждый видит то, что он хочет видеть. Я в этом рассказе увидела страх и растерянность, облегчение и безмятежность. И никаких «25-х кадров».
P.S. "… кто может гарантировать, что она на этот раз не нарвалась на маньяка. Женские романы сплошь и рядом утверждают, что маньяки при первом знакомстве — милые люди." И Вы, глядя на фото в личной странице, милый мужчина с фотоаппаратом. P.P.S. А кого и когда, зачем и почему Вы фиксируете? Может и здесь есть скрытый смысл?
Митя, любимец мамин, Конкурсный держит экзамен. Пальцы у него похудели, Глаза запрятались в щели… На столе — геометрия, На полу — тригонометрия, На кровати — алгебра, химия И прочая алхимия. Сел он носом к стене, Протирает пенсне И зубрит до одурения. Мама в ужасном волнении: «Митя! Ты высох, как мумия,— Это безумие… Съешь кусочек пирожка, Выпей стакан молочка!» Митя уходит в сад, Зубрит и ходит вперед и назад. Мама, вздохнув глубоко, Несет за ним молоко, Но Митя тверже гранита — Обернулся сердито И фыркнул, косясь на герань: «Мама! Отстань!..»
Наташа Симанова «Идёт экзамен»
Бледные лица, зелёный оттенок. Воздух трясётся от дрожи коленок.
Руки на стол без лишних движений, Держать при себе все свои треволненья.
Сели безмолвно, глаза только вниз. Здесь никому не нужен сюрприз…
Чей-то родитель бьётся в припадке Со слёзной мольбой: «Передай шоколадку».
Другие, смешав валерьан с корвалолом, Нервно дежурят под окнами школы.
Где же взять силы — пройти этот «ад»? Экзамен начался всего час назад…
Эдуард Успенский. Экологическая идиллия
Представляете — июнь!
Благодать, куда ни плюнь.
Светло-розовый лужок,
Желтенькая речка…
Вылезли на бережок
Два желтых человечка.
Синий дождичек пошел,
Синим все покрасил,
Выпал сладкий порошок,
Лужицы заквасил.
Я стою в дурманчике,
Очень, очень рад.
Предо мной в туманчике
Летний детский сад.
Дети все нарядные
И в комбинезонах.
В них работать можно
В запрещенных зонах.
Няни детям раздадут
Всем противогазы.
И они гулять пойдут,
Не боясь заразы.
Вот собачка бегает
И трясет рогами,
Пробежала курочка
С четырьмя ногами.
Капли свежей ртути, тишь…
Благодать в июне,
Целый день себе стоишь
И пускаешь слюни.
-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-/-
Наталья Симанова. Июнь 3023
Дедушка ласково гладит
вторую голову внука
И кладёт конфетку
в трехпалую синюю руку.
Берёт за поводок-строгач
лохманую рыбёшку,
Не дав ей банку облизать
с консервами из кошки.
И так они отправились
гулять в ближайший парк,
Чтоб наблюдать за стаею
диких пернатых собак,
Которые здесь пролётом
куда-то на крайний юг,
Но ради сочной морковки
сделали маленький крюк.
Она с ветвей свисает
до самого бетона,
А пёсики клюют её
и издают лишь стоны.
Ужасно радостны вокруг
и взрослые, и дети,
О, как неповторим июнь
в три тыщи двадцать третьем!
Утром в саду
— Привет! Ты кто?
— Одуванчик. А ты?
— Не ты! А Вы!
— Ладно-ладно… А Вы?
— Я — чистокровная благородная Роза!
— … а я…
— Откуда ты такое… а… а… АДУВАЧИ...?
— О-ду-ван-чик!
— Неважно! Так откуда ты?
— С той стороны забора.
— Фи! "… с тооой стороны...'!
— А ты… Ой! Вы откуда?
— Ах, как откуда!? Естественно из элитного питомника! Моё предназначение — величественная красота! А ты...!
— А я?
— Форменное безобразие!
— ?
— Как можно! Какое безвкусное непостоянство!..
— ?
— … То жёлтый, то белый, то, вообще, лысый! Фииии!
— Но мне…
ЧИК
— … это нужно…
ЧИК
— … для путешествий…
ЧИК
Секатор в руках садовника неумолим, ему нет разницы между голодранцем-путешественником и высокородной знатью.
ЧИК
Я в детстве не каталась на лошадках,
Занять их успевали старшие ребятки,
А мне и прочим малюткам
Оставались ослы, львы и утки.
27 число — День фиксации случайных мыслей,
Только мои, как назло, спрятались, где-то зависли.
Но интересно.
В ожидании
Незамысловатые цветы на клумбе под окном, пронизанные предутренней прохладой, замершие в ожидании первых солнечных лучей. Дрожью предвкушения нового дня пронизаны все клеточки — от края каждого лепестка-тычинки через стебель-листик до кончика самого тоненького корешка. А рядом на скамейке я, тоже не «особая редкость», в ожидании своих «солнечных лучей» — своего вдохновения.
Осталось смириться с уделом «УБОГОСТИ»…
Да, стало грустно, от того, что Вы, прикрываясь, как фиговым листом, парадоксальностью и прочими нео коммунистическими домостроями, сваливаете всё в один «котёл». И, «вкусив» это «блюдо», человек чувствует «заворот кишок». Читатели, в большинстве своём, очень неглупые люди и хотят понимать то, что читают.
На этом ставлю «жирную точку».
Всего Вам доброго.
Как заключение, цитата —
«А что сказка дурна — то рассказчика вина.
Изловить бы дурака да отвесить тумака,
ан нельзя никак — ведь рассказчик-то дурак!
А у нас спокон веков нет суда на дураков!..»
(Л.Филатов)
Прошу прощения, мне потребовалось некоторое время для проведения небольшого «эксперимента» — я попросила прочесть эту миниатюру (без всяких ссылок и привязок) нескольких моих знакомых, людей совершенно разных по возрасту и образованию. На требование высказать своё мнение о прочитанном чаще всего слышала — «Что это?» (с брезгливой интонацией). А от предложения познакомиться с ранними произведениями об Оракуле (для более развернутого представления сути) кто-то просто отмахнулся, кто-то сказал: «Если что-то в том же духе, то лучше не надо». Мой сосед по площадке (преподаватель в музыкальной школе) сравнил Вас с Сергеем Рахманиновым — во время исполния (прочтения) его 3-го концерта («оракульской эпопеи») можно сломать пальцы (мозг). А дворник, поливающий цветочную клумбу под моим окном, прочитав, улыбнулся: «Не переживай. Просто человек такой. Сам себе пишет, сам себе читает, сам себе радуется».
Стало грустно.
продолжение следует...
Наверное, мне не удалась задумка — показать Урал не как место на карте, а как человека, живущего здесь, принимающего любые проявления природы смиренно, как естественное, как должное, как назначенное свыше.
Второе, на что я обратила внимание в этой миниатюре (да и вообще, во всей «оракульской эпопее»), почему именно ОРАКУЛ? А не ясновидец, пророк, прорицатель или вещун? Спасибо, словарям! Только суждения Оракула признаются непререкаемой истиной. И Вы в произведениях, судя по всему, позиционируете себя вовсе не учеником, а самим Оракулом.
продолжение следует...
О РУССКОМ и ПО-РУССКИ.
«Рассмотрим её чисто литературный аспект. С точки зрения литературного вкуса (прекрасных традиций русской словесности) первая часть об омоновце вообще не нужна. Можно было ограничиться (а в данном случае краткость – сестра таланта) одной фразой: ЛГ за неделю до свадьбы отказалась идти в ЗАГС, поскольку разочаровалась в избраннике и пребывала в крайне удрученном состоянии. И все внимание читателя было сосредоточено на главном, а именно – на МЫЗЫКЕ.»
А все Ваши «страдания за отечественную литературу» сводятся к выбору «жертвы» в очередном конкурсе и громким заявлениям о Вашем высшем филологическом образовании. Очень хочется, быть в центре внимания? Представьте на суд своё произведение, а не «перетягивайте одеяло» на свою персону «воплями с горы».
P.S. И о К.С.Станиславском — он отказался выйти на сцену, когда актер, замученный его «Не верю», предложил поменяться местами.
Конечно, каждый видит то, что он хочет видеть.
Я в этом рассказе увидела страх и растерянность, облегчение и безмятежность.
И никаких «25-х кадров».
P.S. "… кто может гарантировать, что она на этот раз не нарвалась на маньяка. Женские романы сплошь и рядом утверждают, что маньяки при первом знакомстве — милые люди." И Вы, глядя на фото в личной странице, милый мужчина с фотоаппаратом.
P.P.S. А кого и когда, зачем и почему Вы фиксируете? Может и здесь есть скрытый смысл?
Саша Чёрный «Старший брат»
Митя, любимец мамин,
Конкурсный держит экзамен.
Пальцы у него похудели,
Глаза запрятались в щели…
На столе — геометрия,
На полу — тригонометрия,
На кровати — алгебра, химия
И прочая алхимия.
Сел он носом к стене,
Протирает пенсне
И зубрит до одурения.
Мама в ужасном волнении:
«Митя! Ты высох, как мумия,—
Это безумие…
Съешь кусочек пирожка,
Выпей стакан молочка!»
Митя уходит в сад,
Зубрит и ходит вперед и назад.
Мама, вздохнув глубоко,
Несет за ним молоко,
Но Митя тверже гранита —
Обернулся сердито
И фыркнул, косясь на герань:
«Мама! Отстань!..»
Наташа Симанова «Идёт экзамен»
Бледные лица, зелёный оттенок.
Воздух трясётся от дрожи коленок.
Руки на стол без лишних движений,
Держать при себе все свои треволненья.
Сели безмолвно, глаза только вниз.
Здесь никому не нужен сюрприз…
Чей-то родитель бьётся в припадке
Со слёзной мольбой: «Передай шоколадку».
Другие, смешав валерьан с корвалолом,
Нервно дежурят под окнами школы.
Где же взять силы — пройти этот «ад»?
Экзамен начался всего час назад…