Шутилки от Кириллки

                  Придумщик

Пятилетний мальчонка Кириллка

Сам придумал словечко — «шутилка».

На душе у него хорошо,

Словно утром росистым, — свежо!

Нечудеса

Бабушка удивляется:

— Вот чудеса! Ноябрь на дворе. Вчера весь день дождь моросил, а сегодня уже снег падает.

— Никаких чудес нет, бабушка! — заявляет Кириллка. — Вчера шёл дождь — это тучи плакали. А сегодня тучкины слёзы замерзают, замерзают, как морозец велит…

Резвые снежинки

Кириллке грустно. За окном густо падает снег. Но снежинки не торопятся, смешиваются, будто догоняют друг дружку. Бабушка занята вязанием. И её спицы тоже не спешат и соприкасаются одна с другой, как и снежинки. Кириллка повеселел и сказал:

— Смотри, бабушка, снежинки хоть и ленивые, но резвятся, словно дети.

Конькобах!

Кириллка учится кататься на коньках. А папа наблюдает за ним. Мальчик скользнёт пару раз по льду — и падает. С трудом поднимется, сделает шаг, другой — и снова катится кубарем. Отец успокаивает сына и… вздыхает. Кириллка же говорит:

— Не расстраивайся, папочка. Главное в катании на коньках — научиться красиво падать…

Заместитель мамы

Мама уехала в командировку. Папа выполняет её обязанности: приготовил ужин и сказал дочке и сыну:

— Сейчас по котлетке съедим…

А Кириллка рассмеялся!

— Что тут смешного? — строго спросил отец.

— Мне показалось, будто ты произнёс: «Сейчас папа в клетке сидит»…

Небольшой грешок

— Мамочка, — интересуется Кирюша, — пить водку или вино — большой грех?

— Ну-у, если взрослым не пить, а немного выпивать, например, в день рождения, то, вероятно, нет в этом греха, — ответила мама. — Вот иногда ты ешь мороженое (иногда!), — какой же тут грех? А коль объедаешься им — это непозволительно!..

— Значит, ничего нет страшного в том, что дедушка с самим Боженькой выпивал иногда? — обрадовался Кириллка.

— Какой придумщик ты, сынуля?! Нельзя такое наговаривать на умершего дедушку и всуе упоминать Боженьку!

— Никакой не придумщик я, — обиделся мальчик. — Разве ты забыла о тосте дедушки, когда он поднимал бокал: «Ну, с Богом!»?..

Вспоминалки

Кириллка и сестра пропалывали с бабушкой цветы во дворе. Цветов было много. И разных. Кириллке больше всего нравились невысокие весёленькие растения с разноцветными лепестками, в чашечках которых бриллиантились росинки.

— Как они, бабушка, называются? — спросил внук.

— Незабудки, — ответила бабушка.

— Когда вернёмся с Алинкой домой, будут они для нас — как вспоминалки, — грустно сказал Кириллка.

Добро — навстречу

Кириллка и бабушка идут из магазина с покупками. У бабушки авоська побольше, у внука — поменьше. Им встретился пожилой мужчина с толстым пакетом бананов.

— Ах, какой замечательный помощничек у бабушки! Скоро вырастешь в настоящего мужчину! — воскликнул он, отломил от связки два банана и угостил мальчика.

— Спасибушки! И вы уже настоящий и добрый дедушка, — поблагодарил его Кирюша и один банан протянул бабушке.

Когда они разминулись со стариком, бабушка сказала:

— Вот видишь, внучек; куда бы ни шёл добрый человек, он всегда идёт навстречу.

То грусть, то радость…

Кириллке недавно минуло пять годков. И он уже отличает ёжика от дикобраза. И бабушка с ним стала серьёзно разговаривать. А сегодня спросила:

— Почему, внучек, вчера ты был весёлым, а нынче тебя грусть посетила?

— Это, бабушка, наверно, от сердца, — ответил он.

— Разве у тебя сердце болит? — всполошилась бабушка.

— Не-е-ет! Просто от грусти моё сердце сжимается, а от радости — расширяется.

Бабье лето

Бабье лето. Непогодится. Ветрище дует, срывая с деревьев жёлтые листья. Кирюша сидит у окна. Низко проплывают серые тучи. Мальчику грустно, и у него сжимается сердце… Вдруг оно стало расширяться, расширяться… «Надо же, — думает Кириллка, — солнца нет, а под клёнами радостные жёлтые тени разлеглись! Будто золотые снежинки падают и падают…»

Халатная мама

Сынишка давно просил маму сводить его с сестрёнкой в цирк. Она долго отнекивалась, но сегодня вдруг согласилась:

— Вот сейчас и пойдём!

— Как же сейчас, если ты — халатная? — обиделся Кирюша.

И мама обиделась:

— Ты хоть понимаешь, что означает слово «халатная»?

— Понимаю… На тебе ведь халат надет. Пока переоденешься, накрасишься — твоё «сейчас» мно-ого раз пройдёт…

Всё будет хорошо

Кирилл с сестрой смотрел по телевизору мультик, в котором злая лиса гналась за добрым зайчиком. Девочке стало страшно, и она заплакала. Братец приглушил звук и спросил:

— Чего ты испугалась?

— Лиса съест зайчонка! Я боюсь! Выключи телевизор!

Кириллка нашёл неожиданный выход:

— Давай, Алинка, бояться вместе, и всё будет хорошо.

Зима прожурчала…

Бабушка ведёт Кирилла в детский сад. Март наступил. Под ногами оседает снег, а впереди весело журчит ручей. Бабушка вздыхает и грустно произносит:

— Как летят годы! Вот ещё одна зима прожурчала…

А Кириллка утешает:

— Бабулечка, не огорчайся. Чем больше зим, тем больше лет! Тем быстрее я в первый класс пойду.

— И я, внучек, тем быстрее умриком, как ты говоришь, стану.

— Нет, — успокоил бабушку мальчик, — это к тебе не относится. Ты добрая, хорошая. Ты — как курочка Ряба, которая ещё золотого яйца не снесла.

Правдивый плач

Кирилл, беседуя с отцом, спрашивает:

— Папа, взрослые плачут слезами?

— Конечно.

— И глазами — тоже?

— Разумеется, сынок. Не ушами же плакать!

— Значит, взрослые плачут понарошку. Вот когда мне, папочка, печально, я плачу, реву — сердцем… А у нашей Алинки даже при маленькой грустинке не столько глаза плачут, сколько душа разрывается на части… Думаю, если бы взрослый человек плакал, как маленький, это был бы правдивый плач.

Плач по-другому…

Родители ещё не вернулись из театра. Бабушка увлечённо смотрит бесконечный телесериал. Так увлеклась, что запамятовала уложить Кириллку в постель. А он и рад этому! За открытым окном весна хлопочет, как бабушка на даче. Лопаются почки на клёнах. Высоко в небе постепенно «включаются» звёзды-падалки. Ясная луна воссела на невидимый трон, повелев тучам поторапливаться на север. Теплеющий ветер пошевеливает блестящие от недавнего дождя ветви деревьев. И тишина поёт мудрую песнь покоя…

Кирюша «прилунил» свой взгляд, и душа его тоже запела. Сердце встрепенулось и хотело… заплакать. Только не печально, а радостно-покойно…

Четыре улыбки

Тут и родители из театра явились, чем-то очень огорчённые.

— Мама, — сказала бабушке мама Кирилла, — спектакль такой жизненный, тяжёлый, трагический!.. Ой, и Кирюша ещё не спит?..

— Мамочка, папа, — отозвался бодро мальчик, — вы только взгляните на звёзды, на луну, тишину послушайте!

И заразительно улыбнулся.

Родители и бабушка посмотрели в окно, а папа сказал:

— Надо же, а мы, идя целую остановку пешком, такую красотищу даже не заметили!

И ещё три родные улыбки обняли «плачущее по-другому» сердце Кириллки…