Рассказ ​Ночной попутчик

Ночь давно уже перешагнула за черту глубокой темени. Звезды на небе сверкали далекими и маленькими огнями, но Степану казалось, что они, такие яркие и недосягаемые, были всегда рядом с ним и бежали по следам, словно боялись упустить его из виду. Он цепко держался за руль и внимательно смотрел вперед. Дорога, освещаемая передними фарами, была чистой и без помех. Редко когда встречались на пути машины. Слева и справа тянулся густой лес. Он был смешан березами, соснами, ясенем и другими деревьями. Россия! Здесь свои отличительные черты, и они в разы разнятся от его родного края. Степан тихо запел украинскую народную песню, чтобы взбодриться и не думать о сне. Нет, спать ему не хотелось, хотя и стояла темная ночь, а просто от скуки, с песней все ж веселее ехать. Ему надо было, во что бы то ни стало, за ночь проехать брянскую дорогу, чтобы засветла добраться до Киева, а там уже, можно сказать, рукой подать до его Молдавии. Дорога длинная, утомительная, но он понимал, что надо ехать и чем быстрее, тем лучше будет для него же. Если все хорошо пойдет, то к вечеру он доберется до родного совхоза. Грузовик его был гружен запчастями для совхозных машин, и вез он их из города Горького. Ехал с самого утра, и только один-единственный раз останавливался у продовольственного магазина, чтобы купить еды в дорогу, и все. И вот уже, который час он в пути. Пока было светло, пока проезжал населенные пункты и города, было интересно, да и время быстро летело, а теперь стоит ночь прохладная, одинокая и монотонная. Степан, напевая песню, думал о доме, о жене, о детях. Он знал, что дома его родные ждут – не дождутся, что они очень переживают, когда он уезжает в такие дальние рейсы. А дальние рейсы, действительно, поручали в основном только ему. Степан был высокого роста, сильный и серьезный мужчина, первоклассный водитель в совхозе. Своим видом он внушал доверие и уважение. И горе тому, кто пытался его сломать. Одним словом, богатырь, которого и боялись, и уважали. Правление совхоза, сам директор с полной ответственностью поручали ему такие командировки. Иногда он ехал с ответственным лицом, например, с механиком, иной раз со вторым водителем, а вот этот раз ему пришлось одному поехать.

Степан посмотрел на часы и увидел, что уже полтретьего ночи, это его нисколько не удивило, наоборот, обрадовало, потому что все ближе и ближе дело шло к рассвету. И вдруг впереди, прямо посередине дороги, он увидел человека очень высокого роста. Тот стоял, широко расширив ноги, и махал рукой до самой земли, чтобы машина остановилась.

— Это еще что такое, — подумал Степан. — Никак засада? Только этого мне не хватало. Он глянул на монтировку, что лежала у его ног и подумал:

" Ну, что ж, чему быть — того не миновать.., главное, не падать духом… Теперь надо бы их обмануть, чтобы они поверили в то, что я собираюсь останавливаться". Он знал, что надо их подпустить поближе к машине, а потом рвануть со всей силы, и будь что будет! Так он и сделал, но на его удивление подошел к дверям машины только один этот великан. Степан посмотрел в зеркала, но никаких теней там не замечалось. Он присмотрелся к незнакомцу и вдруг услышал, как тот ему стал говорить громко через окно:

— Добрый человек, не бойся меня, подвези до дома… видишь, ночь какая стоит… И при этом он стукнул себя в грудь, давая понять, что он очень честный человек, и его не надо бояться. Степан, слушая его, не забывал про зеркала, спросил:

— Ты один?

— Один… один я, не бойся меня… — обрадовался тот, что ему ответили. — Подвези, а? Тут недалеко…

— А чего мне тебя бояться? – усмехнулся Степан.- Ну, садись, коль не шутишь.

Незнакомец смуглого цвета бросился к другой двери и мигом оказался в кабине. Степан рванул с места, наблюдая за зеркалами и дорогой, быстро помчался вперед. К счастью, никакой погони за ними не последовало, и он обратился к пассажиру:

— Ты откуда так поздно?

— Ой, — вздохнул глубоко попутчик. — Спасибо тебе, добрый человек! Вот стою уже два часа, голосую, и никто не остановился мне, а ты не побоялся… Домой добираюсь, тут километров 20 всего лишь. А ездил я по делам своим в одно место. Я — барон цыганский. Давай знакомиться, меня зовут Николай…

— Степан, — ответил уверенно Степан.

— Я бы пешком пошел, да чудно как – то идти ночью одному… Сюда меня довезли, а далее им в другую сторону, а мне в эту, вот и стоял, ждал. За все время, что стою, проехало машины три, но, ни одна не остановилась, побоялись цыгана. А ты молодец, не испугался…

— Да ты ж посередине дороги стал, не сбивать же тебя. А на счет побоялся я или нет, я тебе так скажу. Мне тебя нечего бояться. Я, видишь ли, много чего в жизни повидал. Меня не испугать. Другое дело, если бы вас больше было, то там ни под каким прицелом я бы не остановился.

— Да, — ответил Николай, — вижу, что ты настоящий богатырь!

— Да и ты не меньше, как я погляжу, — ответил Степан. И они оба рассмеялись.

Всю дорогу они разговаривали по душам. Попутчик оказался веселым и разговорчивым человеком. Он рассказывал всякие истории и при этом сам же и смеялся. Степану приятно было его слушать, но он дорогу не упускал из виду ни на миг. За тот период, что они ехали, их никто не обогнал, да и на встречу то же никто не ехал. Ночь и есть ночь. И когда они подъехали к тому месту, где должен был выйти Николай, тот стал приглашать Степана к себе в гости.

— Прошу ко мне в гости.

— Нет, это исключено, Николай, я груженный товаром, меня ждут в совхозе, мне никак нельзя ни влево, ни вправо, только вперед… Сам понимаешь… Дело такое…

— Я понимаю, я все понимаю, — говорил барон. — Но поверь мне, я тебя хочу угостить от души. Веришь ли ты мне? За то, что ты меня подвез, я хочу тебя отблагодарить. Не отказывай мне, Степан. Ну, хоть на пять минут.

— Не могу, Николай, мне надо ехать, — отвечал Степан.

Николай не хотел отступать, и Степан, глядя ему в лицо, понял, что ему это очень важно и нужно. И, подумав, сказал:

— Ну, ладно, раз ты так настаиваешь, я заеду, но, если… И он не договорил свою фразу до конца, потому что его прервал Николай:

— Обижаешь, Степан, барону такое никто и никогда не простит, даже я сам себе бы не простил, чтобы обмануть гостя… Ты — человек! Я это сразу понял, как только ты заговорил. Уж поверь мне, я в людях хорошо разбираюсь! У нас, у цыган, за хорошие дела принято благодарить людей, а ты, кто знает, может жизнь сегодня мне спас…

Подъезжая к его дому, Степан увидел настоящий дворец, и сразу же из двора вдруг вывалилась целая толпа цыган. Это были мужчины и женщины, которые радостно встречали своего барона, подняв руки вверх и что-то кричали ему. Степан понял, что так они его приветствовали. Николай, выскочив из грузовика, и, не обращая внимания на их ликование, сразу же назначил четырех цыган сторожить машину Степана. Причем он наугад их назначил, лишь сказав:

— Ты… ты… ты… ты! Сторожить с каждой стороны машину моего гостя до тех пор, пока я вас не сниму с поста.

И те, быстро распределились по местам, как будто это не первый раз было у них. Степан усмехнулся, выключил мотор, и, понимая, что здесь все очень строго, вышел из машины.

— Это мой гость! — сказал он всей толпе. — Он меня довез домой, и если бы не он, то кто знает, где бы я сейчас был. Толпа радостно вздохнула и раздалась по сторонам, пропуская своего барона вперед. Образовался такой длинный коридор, через который им и пришлось пройти к дому.

— Пойдем, Степан, — говорил он. — Посмотришь, как я живу, какой стол нас ждет! Мои цыганки, как всегда, постарались на славу! Будем гулять!

Переступив через порог цыганского дома, Степан обомлел. Ему вдруг представилось, что он попал в какие-то царские палаты. Все полы и стены были покрыты дорогими коврами, а мебель искусно сверкала полировкой и блеском. Яркий свет, который струился из потолочных люстр, слепил глаза. Степан не знал, как и быть, куда податься, боялся наследить, стал топтаться на месте и уже думал снять обувь, но Николай смело его увлек к столу, давая понять, что ни к чему это все, что все это потом уберется цыганками, отчистится, отмоется, и это не должно их, мужчин, интересовать. За столом уже сидело трое цыган, и Степан понял, что это самые приближенные его люди. Завидев барона и его гостя, они тут же вскочили с мест и подали им руки.

— Мой гость! Степан! — сказал он им.

— Доброй ночи, — ответил им Степан и заметил, что они на него смотрели с интересом. Николай продолжил:

— Вот этот человек меня довез до самого моего дома! Никто не хотел меня, цыгана, ночью, подвезти, а он подвез. Я тебя, Степан, буду вечно помнить и благодарить. За это угощаю!

— Не стоит, ну, что ты, Николай, обычное дорожное дело, — ответил Степан, уже и сам не рад такому вниманию к себе.

— Ешь, Степан, пей! – говорил он. — Не стесняйся, будь как у себя дома.

— Поем немного, но пить не буду, сам знаешь, я за рулем, да и путь долог.

— Хорошо! — сказал он.

— Тогда сок пей. Он махнул кому-то рукой, и тут же подбежала красивая, молодая цыганка, в длинном велюровом платье темно — зеленого цвета, и принесла кувшин с вишневым соком. Она, молча, налила Степану сок в хрустальный бокал и тихо, почти незаметно, ушла, поставив кувшин на стол.

— Это можно, — согласился Степан. Стол ломился от еды. Он заметил, что было много дичи, фруктов, выпечки, различных колбас и сыров. Среди всего прочего здесь была и черная, и красная икра, которую он никогда не ел. Натуральное вино искрилось в кувшинах на свету, и он понимал, что оно, наверное, очень вкусное, как и его, которое хранилось дома в больших бочках. За разговором, все ели и не стеснялись. Степан, если учесть, что уже целую неделю был в дороге, с удовольствием накинулся на еду. Вскоре он уже не мог дышать от насыщенности, захотел раскланяться и уехать, но Николай предложил ему отдохнуть часок- другой.

— Поспи, Степан, отдохни и поедешь потом, как человек, — говорил он. — Я лично тебя буду стеречь и разбужу, а мы пока поговорим здесь. Степан заупрямился, стал отказываться, но потом согласился и прилег на диване в другой комнате…

Ровно через два часа его разбудил барон и сказал, что пора вставать, уже утро. Степан открыл глаза и не понимал, где он. Он удивленно смотрел на Николая и не понимал что к чему, затем вспомнил и поднялся.

— Вставай, вставай, Степан,- говорил тот, — тебе пора ехать. Я обещал, я тебя разбудил. Мое слово — золото.

У машины его так и стояли те четверо цыган, они отошли лишь тогда, когда им барон приказал покинуть пост. Степан, поблагодарив за гостеприимство Николая и его друзей, сел в кабину, завел мотор, посигналил на прощание и уехал.

 Давно уже скрылся дом барона, давно поднялось солнце на небе, а Степан ехал и думал, что никогда еще не попадал к цыганскому барону в гости. Он думал и о том, что и не знал о цыганах ничего до сих пор…

17. 10. 2019 г.