КАК Я ЛЕТАЛ НА МОЁМ ВОЗДУШНОМ СУДНЕ
КАК Я ЛЕТАЛ НА МОЁМ ВОЗДУШНОМ СУДНЕ
Поведаю вам, други-товарышшы, что я большо-ой охотник до путешествий, хоть по морю-воде, хоть по воздуху. Водой оно понятно – на пароме али лодке. Вот по воздуху, спросите вы, — как?! Звесно дело, небесным тихоходом! Давно мечта у меня была: подобно птице подняцца высоко над Архангельской стороной нашей. Мужику, как мне, смекалистому, мастеровому это не составило особого труда. Мне всё нипочём! Короб-люльку сам сплёл из ивы таку большу, местительну, што не один туда стану! Парусиновые холсты сшил суровыми нитками, подобно шара задал! Крепки верёвки сплёл из пеньки, привязал к люльке и вот оно, судно моё воздушно! Спросите как полечу?! А вот как: баньку мою истоплю, да пожарче! Поболе дровишек в топку подкину да пару задам! Кода баня моя запыхкат белыми куделями пара-то, направляю его через самоварну трубу в сшиту мной парусину! Растёт шар на глазах, раздуваецца!
Теперича гляди, Малина в оба глаза, не зевай! Успеваю скинуть верёвку с кокоры и спешно прыгаю в люльку, а то не ровён час она без меня взлетит! И вперёд, высоко в небо! Сказываю вам, други-товарышшы, сбылась моя мечта! Когда поднялся я на моём воздухолёте впервой от землицы-матушки, маненько боязно стало мне на высоте эдакой, спужался чуток, но лишь самую малость! Подстраховался я осмотрительно, подушку подвязал к бокам, чтобы мягонько потом приземлицца! Лечу-у-у! Дух захватыват! Как сознанием утвердился, в беспокойство не вошёл: не к чему себя тревожить! Да и разве будешь страшицца, ежели глазам красотишша така открываецца на все четыре стороны света?! Гляжу вниз. Уйма наша — царство деревянное, в малинниках стоит, солнцем залита. Избы махоньки, крошечны красуюцца! Ветер молодой засвистел, налетел, подхватил мой воздухолёт и несёт всё выше, дальше! Диву даюся всему. Душу чувствия переполняют через край.
Народ уемский внизу собрался, от удивления шапки сняли, головы вверх дерут, крик распустили! Глядят кака антиресность да диковина летат по небу! Хотите верьте, хотите – нет! Така распрекрасность вокруг! И подумал тогда я: Боже, кака красотишша, творенье мыслей твоих, рук твоих – Земля наша!..
Где озёра синие, глубокие, будто очи её! Родники с бьюшшими из-под земли ключами холодной воды, испив которой, сразу жажду утолишь и почуешь в себе сто сил! Где леса зелёны, бархатны, со стойким запахом хвойных смол! Леса, вечно даруюшшие нам свои дары – грибы, ягоды!
Где рошшы белостволых русских берёз шелестят листвой, а от багряных, как огонь, гроздей гнуцца ветки кудрявых рябин! Красотишша!
Чудо – Земля, где есть гордые горы и моря-океяны бесконечных вод на многоверстье. Бескрайние луга залиты рыжим солнцем, лежат в коврах цветошной палитры красок, и нивы золотые, и небо голубо-ое-голубое! Небо, на котором зависат радуга коромыслом и мерцают звёзды вечного ковша Большой Медведицы!
Земля, на которой пора тёплого лета сменяецца золотом шелестяшшего и падаюшшего до долу листопада, а пушистый белый снег на Покров укрыват павшую листву осени! Где яркие краски весны расцветут очередной раз и сообшшат всему миру — жизнь продолжаецца! Где шум дожжыка может баюкать, а шшебет птах радует слух и душу!
Только тебе, Боже всемогушшый, по силам было сотворить благодать таку и красотишшу Земли нашей! Всё есть для жизни. Живи, Человек, благоденствуй, радуйся! Спасибо тебе, Боже! Одно огорчат: нерадивость, с коей подход у человека ко всему на Земле нашей есть! И пошто дально да местно высочество не прилагат должных сил для того решения?! Как увижу ту нерадивость где-нибудь, то всё кипит во мне на все сто градусов жару!
Полетал я маненько над землёй Архангельской северной, налюбовался, насмотрелся и направил мой воздухолёт к стороне нашей Уемской. Вылетел утресь пораньше, дак хоть к паужне возвернуцца! Гляжу, а внизу ишшо боле народу собралося, ждут мово возрашшения, кричат што-то. У одних восторг, у других переживанья за меня! Жонка моя боле всех переживат! Не сказывал я ей ничего о своей задумке-затее, тайно мастерил мой вохдухолёт!
Как знать? Глядишь, не пустила бы меня никуда! Узнай всю правду, бранилась бы шибко! Я сказывал ей, что баньку топить хожу, готовить к помывке. Вот и весь сказ был!
Приземлился мой воздухолёт, а я всё будто пьяный, лечу! Подхватили меня земляки и ну, давай качать – подкидывать вверх, кричать: «Раскудри тебя, Малина! Во, даёшь! Пролётай и нас тоже, не спужаемся! Малина, Малина! А аглицкой стороны не видать было?! Не видать,- отвечаю.
Пошто эти земли видать должно?! Архангельский край так велик, што ни конца, ни края, а за ним ешшо русская земля! Так то, други-товарышшы! Хотите – верьте, хотите – нет!
Жонка моя глядит на меня, шебутного, с укоризной. Однако, объясняцца придёцца-таки! Даст Бог — пронесёт!..
20.09. 2012.
