Я подарю тебе праздник
В одном прекрасном краю, в краю бурных горных потоков, стройных елей, высоких дубов и буков, среди чудных гор и прекрасных долин жили четыре сестрички. Все они были писаными красавицами, добрыми и щедрыми, заботливыми и вежливыми, послушными дочками и любящими сёстрами. И так сильно любили и уважали друг дружку, что всегда были готовы уступить сестре место и время. Поэтому мудрый батюшка Год распределил среди них господство в родном краю так, что каждой дал возможность править по три месяца. А матушка Природа помогала девушками всеми силами и волшебным умением бережно и ловко господствовать на родной земле.
И люди, и звери любили красавиц и искренне благодарили их за всё. Вы бы только услышали, какими прекрасными песнями призывал народ того удивительного края к господству старшую сестрёнку Весну! А сколько радости и счастья было с её приходом у всех! Шумные ручейки сбегали с гор и сливались в бурные полноводные реки, которые шумно катили свои волны до синего моря. На прогалинах расцветали первоцветы, а над ними кружили первые пчёлки-труженицы. Соки в деревьях и кустах ускоряли бег и нежные опьяняющие почки, набухая вволю, враз раскрывались и бархатной нежной зеленью укрывали лес. Уже и первые травы пробились. И зверье, и птицы, да и даже сама матушка Природа оживали и радовались с приходом Весны. А она ведь не сидела без дела! Всю землю зеленью укроет да цветами засыплет; а сады, а парки – все цветет-буйствует. Всех приласкает, пригреет и на расплод обратит. А между людьми – песней стелется, любовью юной расцветает! Как же это мило и любо на родной земле весновать!
Но время промчится – и сестрёнка-волшебница Лето приступает к своим обязанностям. Краснеет клубникой и вишнями, ароматным цветом липовым наполнит воздух, нальётся спелым колосом. Птенчики родились и на крыло стали, зверюшка разная подрастает, земля любовью полнится. Любят люди Лето, радуются!
Но дни промелькнут – и пора уже сестрёнке Осени за работу браться. А мудрая Осень – искусная хозяйка! Она и во дворе, и в амбаре, и в саду, и в поле – везде успевает. Щедрыми урожаями людей одаривает, ясным золотом землю укрывает. Но всё спешит, чтобы родная матушка Природа успела прибраться да к зимнему сну приготовиться.
Вот и самая маленькая сестрёнка – нежная белокосая красавица Зимушка уже на подходе. Землю укрывает белым рыхлым покрывалом, реки льдами сковывает, чтобы мамочка Природа отдохнула, сил набралась и с приходом Весны снова расцвела новой невиданной красотой.
Но вот беда у красавицы: не очень-то люди её любят, словом добрым не вспомнят. То рано пришла, то поздно… то с ветрами сильными, то с морозами лютыми… волнуется юная девица, как действовать – не знает. Ведь так хочется, чтобы и её люди полюбили, призывали весело, да и почитали радушно. Вот, думает, прогоню морозы в другие края – пусть людям теплее будет. Да разве угодила? Все жалуются: что это за зима такая?! Ни тебе снега, ни морозов. Темно, сыро и мрачно. Морось висит, солнышка Божьего не видать. Вон как дороги развезло – ни пройти, ни проехать. Что ж, решила Зимушка угодить людям: за ночь собрала морозы, сковала землю, остановила реки. А наутро опять люди гутарят: вот беда – зима без снега! Весь хлеб пропадет! Послушала Красавица и дунула на облака: посыпались снежинки, заплясали хороводом и покрыли землю. А Зимушка все старается – снега разметает, пшеницы укрывает, леса да поля, да и дороги тоже замела снегом. И опять людям не угодила: как ходить или ехать? Вот столько намела!
Расплакалась бедная от бессилия. Вернулась домой и говорит сестрам:
– Покину я вас, сестрёнки. Пойду вон в ручей горный лягу, да и там останусь. Не буду выходить. Не хочу властвовать. Люди меня не любят и не ждут. Никакая я им не нужна!
Как ни уговаривали сестры её, та не послушалась – ушла.
А время не стоит на месте. Уже и Весна отцвела, и волшебница-Лето. Осень-Златовласка ходит и всё в горы поглядывает – не спускается ли сестрёнка? Но нет, нет… уже и листва вся облетела, и земля притихла, ко сну приготовилось, а Зимы всё нет и нет. Вон уж и Заря Рождественская запылает скоро, а Зимы – ни сном, ни духом… Люди грустные ходят, дети не смеются. Что за праздник без снега, без морозца?
Вон на ёлках уже и огни запылали, в церкви колокола зазвонили. Но что-то тоскливо и протяжно – нет мороза, чтобы их перезвон эхом от мёрзлой земли отражался и катился тучами в чистом и свежем воздухе.
Не выдержала Зима, услышав звон святых колоколов. Вынырнула из ручья и тенью метнулась к деревне: поглядеть, что там люди без неё делают.
Грустная земля в грязи, сырость и туманы окутали родной край. Людей на улице не видно – все по домам сидят, ибо снега нет – то ни на санках не покатаешься, ни на лыжи не станешь. Да и просто гулять по грязи не хочется. Совсем Зима погрустнела, ведь она так любила рождественские праздники! Уже и слезинки на ресницах заиграли, и всё же не знает, бедная, что делать, потому что люди её так и не позвали.
Прошла тихо по селу, уже и в лес повернула, чтобы опять в ручье спрятаться и исчезнуть там насовсем. Вдруг взгляд её скользнул по окошку крайней избушки. К оконному стеклу прижалось дитя личиком. Носик расплющило о стекло, глазками всё водит да губками что-то шепчет. А на голове – повязка белая, волосы взъерошенные ко лбу прилипли, глазёнки сверкают нездоровым блеском… бредит, наверное, болеет. Гнилая погода силы отнимает, хотя и огонь вон там полыхает в печке, дымами вырывается из дымохода и стелется землей от влажности и мороси.
Подошла ближе. "Снега, снега хоть чуточку, – по губам прочитала. – Что же это за Рождество без снега? Что же это за праздник?»
Обессиленное тельце опустилось на подушки, глазки закрылись и лишь предательские слезинки выкатились из-под прикрытых покрасневших век…
Встрепенулась Зима от увиденного, встряхнула белыми косами: будет тебе праздник! Разве всем угодишь? Да хоть тебе, маленький, радость подарю!
И взмахнула рукавом над землёй, дунула во всю грудь, с ветром в танце закружилась. И белые снежинки начали поодиночке, будто несмело, опускаться с облаков, а потом – всё больше и больше, закружились, затанцевали. И мороз тут как тут: прошелся по земле – сковал грязь, чтобы белоснежным красавицам было куда садиться.
Словно от сна, малыш встрепенулся, снова в окошко выглянул: Зима! Зима! Люди начали выбегать на улицу, хватать снег руками, бросаться снежками. Закружились вокруг украшенной ёлки.
И даже колокола подняли своё стоголосье высоко-высоко вверх морозным свежим воздухом. И покатилось оно через реки и горы, через долы, сёла и города.
Зима! Праздник!
